В течение каких-то двух недель конфликт в Украине неожиданно, хотя и вполне закономерно, раскрылся как война Америки с Европой. На этот раз «второй фронт» образовался с другой стороны Европы – США высадились в Украине, пишет политолог Владимир Пастухов.
Предмет спора – политическая архитектура Европы. На кону концепция, известная почти сто с лишним лет как «Соединенные Штаты Европы». Ее суть в превращении Европы в самостоятельного политического субъекта (федерализация Европы). Эта когда-то умозрительная геополитическая конструкция (местами – утопия) за четыре десятилетия, прошедшие после распада СССР, превратилась в действующую политическую модель.
Противоположная концепция «Объединенная Европа», то есть Европа, сохраняющая абсолютный приоритет «национального» над «наднациональным» и действующая как классический союз государств, взаимодействующих друг с другом только там, где в этом есть актуальная потребность (конфедерализация Европы), является хорошим примером «воспоминания о будущем», поскольку пытается лишь восстановить ранее существовавшие паттерны отношений в Европе.
В течение почти восьмидесяти лет Америка косвенно поддерживала федерализацию Европы, исходя из того, что США были, есть и будут гарантом европейской безопасности, являясь таким образом «теневым центром» формирующейся европейской федерации. Исходя из этих соображений, США при Байдене активно и бескомпромиссно поддержали Европу в ее стремлении защитить свою субъектность перед лицом «российской угрозы», выстроив вдоль своих восточных границ «санитарный кордон». В этом ключе поддержка Украины в сопротивлении российской агрессии выглядела логичным и даже единственно возможным решением. Поддержка Украины расшифровывалась как поддержка курса на единство Европы и ее федерализацию.
Однако с приходом к власти администрации Трампа концепция в Вашингтоне поменялась. Америка вдруг осознала, что обозналась и приняла мировое донорство за мировое господство. Ресурсы иссякли, и возникла неотложная нужда сбросить балласт.
Одной из первых под руку попала Европа. В Вашингтоне не просто посчитали, что союзник стоит слишком дорого, но еще и усомнились в том, что Европа – это действительно союзник. Скорее, и не друг, и не враг, а так – ненадежный конкурент в борьбе за место в новом, меняющемся мире, где на Востоке всходит звезда Китая (и закатывается звезда России).
С этого момента поддержка европейского федерализма перестала быть приоритетом американской внешней политики. Напротив, в новой ее парадигме провал этого проекта в большей степени отвечал интересам США, чем его успех. Соответственно, победа Европы над Россией на украинском ТВД перестала быть желательным для Америки исходом войны.
Отталкиваясь от этой обновленной концепции, США не просто резко сократили свою финансовую помощь Украине, переложив бремя войны почти целиком на саму Европу (это было бы еще полбеды), но в конечном счете перешли в вопросе о предпочтительных для себя итогах войны на сторону России (и отчасти – Китая), открыв тем самым в Украине параллельный «второй фронт» против Европы.
По сути, на кону действительно не только судьба Украины, а судьба Европы, - в том смысле, что сейчас решается вопрос, какой дорогой Европа пойдет дальше: путем федерализации, с превращением в самостоятельного геополитического субъекта с глубокой степенью внутренней политической интеграции и мощной военной составляющей, или путем конфедерализации с рыхлым политическим интерфейсом и военной зависимостью от внешних игроков.
Парадоксальным образом Америка, Россия и Китай, будучи такими разными, могут оказаться вместе в своем отношении к субъектности Европы. Я нисколько не буду удивлен, если встреча этой «тройки» в Китае, как и встреча легендарной «тройки» в Ялте, будет в значительной степени посвящена будущему Европы в целом, а не миру в Украине.
***
Европа тоже не лыком шита, и видела за свою длинную историю зверей пострашней Путина и Трампа, но как-то выжила. Вот и сегодня она намерена превратить очередной закат в рассвет, для чего расчетливо и хладнокровно начинает свою контригру. Это скорее тактическая игра, чем долгосрочная стратегия. Суть ее сводится к тому, чтобы подсидеть Путина и пересидеть Трампа. При всей своей кажущейся примитивности эта тактика может быть вполне эффективной.
С Путиным все более-менее понятно достаточно давно. Задача, уклоняясь от прямого столкновения, заставить его израсходовать весь свой военно-стратегический ресурс в Украине, после чего заморозить конфликт, окружить Россию санкционным рвом и терпеливо ждать, пока путинский политический навоз превратится в перегной очередной русской революции (перестройки, смуты и тому подобное), после чего отыграть все потерянное назад с лихвой.
План хорош, и на первый взгляд выглядит вполне реализуемым, но при условии, что Америка не вставляет палки в гусеницы франко-немецко-британского танка или хотя бы не расставляет противотанковых ежей на европейских дорогах. Проблема в том, что трамповская Америка и вставляет, и расставляет, причем что попало, где попало и куда попало. Поэтому нейтрализация Трампа превращается сейчас для европейцев в приоритетную задачу, даже более первостепенную, чем сдерживание Путина (так как одолеть второго без поддержки первого сейчас не получится).
С Трампом все, как всегда, сложно, но не безнадежно. Европа делает ставку на демократическую «пятую колонну» в самой Америке, полагая, что оппонирующие Трампу демократы не дадут в конечном счете развернуть корабль американской внешней политики на 180 градусов, и совместно с «вменяемыми» республиканцами вернут США обратно к политике евросолидарности, пусть и на более сбалансированных экономических и финансовых началах.
Учитывая общую непопулярность агрессии России против Украины в американском общественном мнении, популисту Трампу будет не так просто продавить свой «новый курс» сквозь демократическое сито, особенно после выборов в Конгресс, которые, как все считают в Европе, Трамп обязательно проиграет. Европа делает ставку на устойчивость американских демократических институтов и неготовность Трампа долго идти наперекор общественному мнению внутри США . Поэтому главным методом взаимодействия с США в Европе пока выбран саботаж.
Миротворческие инициативы администрации Трампа с помощью сложных и разнообразных бюрократических механизмов успешно спускаются Европой на тормозах. Тактика Европы сводится к тому, чтобы гнуть свою линию и при этом не спровоцировать Путина на применение ядерного оружия, а Трампа – на отключение Старлинка. И, в принципе, это тоже вполне себе рабочий план, который имеет шанс на успех. По крайней мере, текущие переговоры «о мире» в Украине, затеянные Трампом, Европа пока еще в состоянии сорвать.
Однако и у европейской контригры против Америки есть свои уязвимости. Их несколько.
Во-первых, концепция победы в войне, в которой за тебя воюют другие (в данном случае – Украина), – довольно шаткая конструкция. А если ты еще и постоянно оглядываешься через плечо каждый раз, когда тебе надо поддержать своего единственного воюющего «союзника» (а не прилетит ли тебе самому чего-нибудь вместо того, чтобы прилетало только ему), то вероятность того, что «союзник» в какой-то момент устанет воевать в одиночку, будет возрастать с каждым днем продолжения этой прокси-войны. То есть Европа должна быть готова к тому, что ей рано или поздно придется воевать самой за себя, а с этим как раз проблема.
Во-вторых, внутри самой Европы действует своя «пятая колонна» популистских партий как правого, так и левого толка, которые готовы взорвать стройные европейские ряды изнутри. Два важнейших пункта «суверенной стратегии» Европы (деньги для Украины и расходы на собственную оборону) могут быть в любой момент поставлены под удар в случае прихода этих сил к власти. Поэтому пока Европа мечтает пересидеть Трампа, Трамп мечтает пересидеть Макрона, Мерца и Бернема.
И, наконец, в-третьих, мы не знаем наверняка, как глубоки корни новой антиевропейской политики Америки. Ставка почти целиком сделана на то, что это личный выверт Трампа: нет Трампа – нет проблемы. Но может оказаться, что Трамп является лишь эксцентричным выразителем более глубокого тренда, а значит, даже когда его цирк отъедет из Вашингтона, на месте останутся другие клоуны, и кто-то из них окажется Джокером.
Добро пожаловать в реальность!