Пастухов: Трамп стал американским Ельциным. Нас ждет период «угасания революции», а возможно и сакраментального финала: «Я устал – я ухожу»

Пастухов: Нейтрализация Трампа превращается сейчас для европейцев в приоритетную задачу, даже более первостепенную, чем сдерживание Путина

Пастухов: Никаких полутора и, тем более, двух-трех лет у Европы в запасе нет. Ближайшие шесть-девять месяцев станут по-настоящему драматическими

Пастухов: У Путина не получается с Европой то, что так легко прокатило с Трампом

Пастухов: Инициируя саботаж и диверсии в Европе, Путин создаст в «низах» антироссийские настроения, которые сейчас им не сильно присущи

Пастухов: Как это ни смешно, но Путин действительно намерен продать за победу выход к границам Донецкой области

Пастухов: Из Кремля на Запад постоянно посылают сигнал «Вы что это там?», а их посылают обратно

Пастухов: Европа пришла к новому косенсусу о том, что война с Россией не просто неизбежна, но и неотвратима в самом ближайшем будущем

Владимир Пастухов: Сегодня Крым (предсказуемо и, тем не менее, почти невероятно) – главная уязвимость путинского режима

Пастухов: Как бы мы не вышли из этой «эпохи перемен» с двумя новыми постзападными цивилизациями вместо одной, ранее существовавшей

Пастухов: В администрации Трампа перепутали латиноамериканские опереточные диктатуры с фундаменталистскими тоталитарными деспотиями Евразии

Пастухов: Могли ли украинцы продолжать жить под властью «русского царя» в статусе привилегированного протектората?

Пастухов: Все указывает на то, что Европа готовится красиво отойти в сторону

Пастухов: Зеленский недооценил решимости Трампа реализовать план сближения с Россией и переоценил самостоятельность и смелость европейских политиков

Пастухов: Новый курс, проводимый Трампом, привязан не к «ценностям», а к «цене» – в первую очередь к цене нефти