Именно надежда на правый поворот в Европе стала для Путина мощным стимулом для продолжения войны и мотивировала его отказ от щедрого предложения Трампа, который протянул ему спасательный канат, уцепившись за который, еще год назад можно было вывернуться сухим из войны (лично я считаю это второй крупнейшей геополитической ошибкой Путина после собственно начала этой войны). То есть ради журавля из рук европейских правых Путин пренебрег синицей из рук Трампа. Ну что ж, «Закат либеральной Европы» стоит нового «пушечного мяса», пишет российский политолог Владимир Пастухов.
На первый взгляд, этот план не кажется таким уж безумным. В Европе общественные настроения неоднородны. Ультраправые партии действительно сделали ставку на тех, кто не понимает смысла поддержки Украины, зато хорошо разбирается в разнице цен на газ из России и, скажем, из Норвегии или США, о чем сам Путин не устает упоминать. Теоретически они могут прийти к власти и, придя к власти, повлиять на позицию «евротройки» по вопросу оказания помощи Украине. Да и к Трампу они будут прислушиваться более внимательно, чем нынешние евротопы. Так что некоторый смысл потянуть время войны и дождаться смены политической погоды в Европе для Путина есть.
Проблема в том, что прогноз погоды – штука ненадежная. Иногда ждешь оттепели зимой, а получаешь ледяной град посреди лета. Насторожить должно уже то, что односторонние заряды тталкиваются, а не притягиваются друг к другу при сближении. Любовь между Кремлем и правыми радикалами хороша на расстоянии. Когда они столкнутся лбами в тесном пространстве практической европейской политики, эта любовь может быстро испариться.
Но, помимо этих общих рассуждений, есть и вполне конкретная проблема, которая может сделать конфликт Путина с ультраправыми силами в Европе почти неизбежной. Чтобы понять природу этой проблемы, надо сделать шаг назад. Правые партии недаром называют популистскими – они сильно соориентированы на низовое общественное мнение «здесь и сейчас», и добиваются успеха именно там и тогда, где и когда это низовое мнение расходится с позицией истеблишмента. Нынешний подъем правых в Европе легко объясняется именно таким сиюминутным разрывом между позицией леволиберального истеблишмента и стремительно правеющих низов. В этот зазор правые бьют прицельно и кучно, в том числе в вопросе поддержки Украины.
Не секрет, что, если отрезать те страны, которым сильно не повезло быть соседями России, то отношение к Украине вообще и к идее ее финансовой поддержки в особенности в низах общества сильно отличается от официально постулируемого. Именно на это различие прежде всего, а вовсе не только на щедрые посулы из Кремля, сориентированы ультраправые как в Германии и во Франции, так частично и в Великобритании. Проблема же состоит в том, что своей политикой «наказания Европы», которую Путин начал активно проводить, стремясь сдержать (напугать) европейский истеблишмент, Кремль эту базу под политикой правых как раз и вымывает.
В шахматах есть такое понятие как «вилка» - ситуация, в которой ты обязательно теряешь фигуру, если не одну, так другую. Со своей гибридной войной в Европе Путин нарвался на такую «вилку». Не отвечать он не может, потому что уровень европейской поддержки Украины стал создавать для Кремля экзистенциальную угрозу. Но, отвечая, то есть инициируя саботаж и диверсии в Европе, он создаст в «низах» те самые антироссийские настроения, которые сейчас им не сильно присущи. И тогда его «правая надежда» переобуется на ходу, превратившись из прорусских «савлов» в проукраинских «павлов». И вот тогда какой-нибудь «бухгалтер» Мерц покажется Кремлю милым, осторожным и приятным во всех отношениях человеком.
Добро пожаловать в реальность!