Меня мучает нехорошее предчувствие, что все расчеты оптимистов и примирителей писаны вилами по воде той реки, которая течет в Лету, и через полгода от всех этих прогнозов не останется ни следа, пишет политолог Владимир Пастухов.
Что касается самих переговоров о перемирии, то в них, как я уже писал пару дней назад, я, в принципе, готов поверить, - это возможно. Но вот дальше все прямо по поговорке: «Можно привести лошадь к водопою, но нельзя заставить ее напиться». Именно здесь у меня возникает скепсис по поводу как плана Трампа, так и других менее шумных, но таких же романтических инициатив. Верю, что он и в целом «примиренческие» круги на Западе могут, шантажируя Зеленского, заставить его начать «диалог» с Путиным. Не факт, но теоретически могут, если смогут до конца пойти против той части западного общества, которая «стоит за Украину», и перекрыть Зеленскому «шланг с кислородом» в критический момент (на самом деле, это не так просто сделать, как сказать). А вот дальше что?
Дальше все упирается в Путина. Есть мнение, - и оно, на мой взгляд, глубоко ошибочно, - что Путин готов закончить войну, легитимизировав в той или иной форме свое владение оккупированными Россией территории, - все или какую-то часть. Думать так - значит демонстрировать на третьем году войны наивную веру в то, что Путин – дурак, а он – не он. Если Путин закончит войну просто тем, что прекратит огонь по линии нынешнего противостояния и ничего не захочет в обмен, кроме того, что на птичьих правах сохранит контроль над территориями, которые он и так оккупировал, тогда да - он будет полным идиотом. Война в нынешнем виде, если и «жмет» ему, то на полразмера, с такой войной на ногах можно ходить еще несколько лет, до тех пор, пока мозоли не начнут кровить. А вот прекращение огня без дополнительных условий - это для Путина колодка каторжанина, с которой далеко не уйдёшь. Почему? – Отдельная тема. Пока же продолжу о позиции Путина на переговорах, если они начнутся.
Путин понимает, что прекращение огня грозит (тоже не обязательно, но возможно) превращением Украины в военный форпост Запада на его границах – в своего рода «степной Тайвань». Старая киевская шутка моего детства о «подводной лодке в степях Украины» приобретает в этом смысле пророческий смысл. Любое ослабление России неизбежно приведет к тому, что Украина сама начнет войну и устроит матч-реванш. Как это происходит, мы только что наблюдали в Карабахе. Плюс Путин понимает, что самим фактом начала переговоров Зеленский унижен и ослаблен – ну, потому что он всегда заявлял, в отличие от Путина, что никаких переговоров не будет. Какие действия Путина? На мой взгляд, потребовать правового закрепления территорий за Россией, то есть мирного договора, а не перемирия (об этом он, собственно, сказал) и потребовать демилитаризации Украины (это все время висит в воздухе со времен Стамбульских переговоров). Нет, в НАТО пусть вступает, но без собственной армии и без военных баз на своей территории. Не надо быть пророком, чтобы предсказать, что эти требования заведут переговоры в тупик.
Ошибка Запада состоит в том, что там почему-то считают, что Путин готов взять часть Украины, в то время как он готов просто брать по частям. Поэтому план Трампа выглядит либо нереалистичным, либо лукавым. Когда Трамп намекает, что готов отдать территории Украины в обмен на мир с Путиным, он, скорее всего, не договаривает. За мир с Путиным придется отдать всю Украину, то есть повторить то, что только что было в Афганистане. Готов ли к этому Трамп – вопрос открытый. Может быть - нет, а может быть - уже да. В любом случае, размер катастрофы будет намного большим, чем «размен территориями». Речь идет о фундаментальном пересмотре контуров европейской безопасности. Это и есть истинная цена перемирия, и я не уверен, что кто-то уже готов платить за него эту цену. Что будет завтра, судить не берусь.
Добро пожаловать в реальность!