Борис Чупринский недавно стал первым борисовчанином, который присоединился к национальной забастовке. Но ему пришлось экстренно уехать из Беларуси. Почему, он рассказал в эксклюзивном интервью EX-PRESS.BY.
Борис Чупринский почти 25 лет работал на Борисовской бумажной фабрике, в последние годы — ведущим инженером-электронщиком. После президентских выборов в августе он, по его словам, не смог остаться в стороне, глядя на произошедшие фальсификации, на насилие со стороны силовиков в отношении мирных граждан.
15 ноября Борис поехал в Минск. Это был тот день, когда Беларусь чтила память Романа Бондаренко. У станции метро «Пушкинская», еще не дойдя до места сбора людей, он вступил в конфликт с омоновцем: заступился за парня, которого очень жестко в тот момент задерживали. Тут же Бориса схватили силовики и затащили в бус. Там уже ждала другая бригада, которая начала его избивать. По его словам, били долго, брызгали газом…
— Только когда я крикнул им: «Что ж ты делаешь? Мой сын старше, чем ты, а ты меня бьешь!» бить перестали, но оскорбления продолжались, — вспоминает Борис. — А потом ко мне подошел силовик, снял с себя видеорегистратор и взял у меня «интервью». Я сказал, что приехал на марш выразить свой протест. На вопрос, почему конфликтовал с милиционером, ответил: «Ну, наверное, погорячился». На что он рассмеялся и сказал: «Ну что, теперь Саша уйдет, и ты как раз выйдешь».
По словам Бориса, ему на руках, на лбу и на щеках маркером нарисовали кресты и погрузили в переполненный автозак. Ехали долго, он был у двери и держался за одну из дырок в ней. Омоновец увидел, что Борис держится, замахнулся палкой, но он успел одернуть руку. Потом всю дорогу за ним бдительно следили.
— Мы приехали в Партизанский РУВД, там прозвучала команда: «Меченого поставьте к стене». А я успел надеть шапку, очки, капюшон. Что меня спасло — приехал второй автозак, я сумел слиться с людьми оттуда, — рассказывает борисовчанин. — Но я же после инфаркта, к этому времени у меня начала болеть левая сторона. Меня повели в здание РУВД, на входе руки обрабатывали антисептиком. Я увидел, что с рук маркер смывается. Тогда я попросился в туалет, там тоже был антисептик. Там я смыл кресты с лица.
Борис подписал протокол даже не глядя на то, что там было фраза «раскаиваюсь в содеянном». К тому времени сердце у него щемило, он просил «валидол». Рядом был избитый парень с разбитой головой, его тошнило. Ему вызвали «скорую помощь». К этой машине пошел и Борис, его также забрали и увезли.
В больнице Борису диагностировали трещину ребра, закрытую черепно-мозговую травму. На следующий день рано утром к нему в палату пришел следователь СК:
— Еще не было 7 утра, меня разбудили, от боли и лекарств я был еще не в себе, — вспоминает Борис.
— Он потребовал написать, что я не имею претензий к сотрудникам милиции, что они действовали в правовом поле. Я обратил внимание, что в его руках заявление во Фрунзенское РУВД. И подписывать отказался. На что следователь сказал: «Ты же нормальный мужик, не хочешь в ИВС». В общем, ушел он недовольным.
В больнице Борис был чуть больше недели, а потом несколько дней еще на «больничном». В это время он уже понимал, что больше не сможет выйти на работу, попробовал написать заявление на отпуск за свой счет. Сначала главный инженер его подписал, затем подписанное заявление по требованию заместителя директора по идеологии отозвали. Борис решил, что будет выражать протест, объявит забастовку с понедельника, 30 ноября. Написал свое заявление.
Когда Борис приехал на работу, узнал, что Фрунзенский РУВД запросил о нем сведения:
— Позже выяснил, что уголовное дело на меня почти готово. Также пришло сообщение, что в суде Партизанского района на 3 декабря в 14.30 назначен в отношении меня суд по статье 23.34. Так стало ясно, что когда я попаду на сутки, то оттуда уже не выйду.
Борис был вынужден собраться и буквально за несколько часов уехать из Беларуси:
— Когда я еще планировал забастовку, предполагал начать ее с 30 ноября. Позже к заявлению я записал и видеообращение. Свою работу я люблю и ценю, и обязательно к ней вернусь после смены власти.
Добро пожаловать в реальность!