Хотя многие украинцы отнеслись к гибели Навального в лучшем случае безразлично, - им есть сегодня о ком попереживать, - событие это может иметь определенное значение и для Украины, пишет политолог Владимир Пастухов.
Убийство Навального очень сильно девальвировало усилия Кремля по «очеловечиванию» образа Путина на Западе, что, по мнению Москвы, является важным условием склонения Запада к сепаратному миру с Россией на условиях Кремля и за счет Украины. Так что, если уж на то пошло, гибель Навального как минимум полностью обнулила пропагандистский потенциал интервью Карлсона, на которое делалась большая ставка в кремлевских играх.
Но есть и кое-что еще, на что стоит обратить внимание украинцам в связи с гибелью Навального. Речь идет не столько о какой-то причинно-следственной, сколько об ассоциативной связи. Александр Роднянский очень тонко подметил, что уникальность Навального как общественного лидера состояла, среди прочего, в том, что он каким-то поразительным образом сумел убедить очень большую массу людей и, в том числе, молодежи в неизбежности, я бы сказал – неотвратимости своей победы.
Именно эта вера, возникшая не сразу, но в последние годы нараставшая, словно снежный ком, вопреки всем объективным тенденциям и обстоятельствам, и была на самом деле основным политическим капиталом Навального. Не уникальная программа, не какая-то тайная организация карбонариев, ждущих своего часа, а именно вера в успех, который обязательно будет только потому, что его не может не быть (ведь мы же этого достойны!) заставляла людей сплачиваться вокруг Навального.
По иронии судьбы (а может быть, так оно все и было задумано), Зеленский является типом политического лидера, очень близким к Навальному. По крайней мере, его влияние и успех в значительной степени основаны на том же самом политическом капитале – вере в неизбежность, фактическую неотвратимость своей победы. Эта вера, так же, как и вера в Навального, возникла не сразу и не на пустом месте. Ее фундамент – реальное личное мужество и упорство (граничащее иногда с безумием), которые были в определенный исторический период закреплены удачей и успехом.
Эта связка мужества и упорства с одной стороны, и удачи и успеха - с другой, отложилась в подкорке массового сознания, стала устойчивым «публичным синапсом», который делал и Навального, и Зеленского неуязвимыми для критики даже тогда, когда обстоятельства стали меняться, а удача отворачиваться. Проблема в том, что и Навальный, и Зеленский не имели уже возможности в этих изменившихся обстоятельствах действовать в каком-либо ином амплуа, кроме амплуа героев-победителей. Они стали заложниками своего образа победителей, людей, которые по определению не могут проиграть.
В течение трех лет Россия с замиранием сердца наблюдала за неравной дуэлью героя и реальности, в которой не было места подвигу. На днях эта дуэль закончилась закономерной гибелью героя и превращением его в легенду. В эти же печальные дни Зеленский выступал в Мюнхене на конференции по безопасности. Я внимательно слушал его речь, пытаясь уловить в ней следы компромисса с новой реальностью, которая постепенно поглощает Украину. Их там не было. Это была речь героя, который не готов «прогибаться под изменчивый мир», а будет до конца прогибать этот мир под себя. Остается надеяться, что у этого героя будет другая судьба.
Добро пожаловать в реальность!