Письма к дочери – о выступлении правителя в МГЛУ и сборе подписей за его участие в «выборах».
Хотел сначала тебе сказать как Путин в четверг заявил, чтобы впечатлить коллективный Запад. Но что-то ни коллективный Запад не впечатлился, ни я. Впечатлился только российский рубль. Хотя как раз его никто впечатлять не собирался.
Но вот в четверг за доллар на российском межбанке давали сто рублей, а сегодня уже сто четыре с половиной. Еще немного таких впечатлений и будет как во времена счастливой путинской молодости. За рубль будут давать по морде. (Извини, не мог удержаться).
Поэтому не буду говорить уже про впечатления, а буду говорить о народной любви.
Вчера кое-кто искал большой и чистой любви среди студентов МГЛУ. Поэтому пообещал им перемены: назвать МГЛУ инязом и отключить Интернет. Ну, потому что других перемен, кроме назвать инязом и отключить Интернет кое-кто не умеет.
А что он еще пообещал я тебе сказать не могу. Потому что не понял. Потому что кое-кого становится все труднее понять. Даже телевизор уже не всегда может объяснить, что конкретно его гарант имел в виду.
Ну, то есть, телевизор всегда может объяснить про экзистенциальную мудрость. И чем труднее кое-кого понять, тем лучше телевизор объясняет про мудрость. Но вот конкретные детали этой мудрости от понимания телевизора как-то ускользают.
По правде говоря, я не уверен, что гарант и сам себя понимает. У меня местами есть ощущение, что из всех когнитивных способностей у гаранта остался только рефлекс синих пальцев. Хотя, с другой стороны: а какие ему еще нужны рефлексы в его-то возрасте?
Поэтому специально уполномоченные представители гаранта пошли искать массовой народной любви, выраженной в письменной форме. Собрали, говорят, уже полтора миллиона.
И в отличие от некоторых я вот лично не сомневаюсь, что им действительно проявили эту любовь в письменном виде полтора миллиона раз. Потому что когда тебе предлагают добровольно и безо всякого принуждения выбрать в какой из двух списков ты хочешь попасть, то выберешь тот, в котором потом не надо будет объяснить губопикам про свои чувства.
И вот хочу тебе сказать, что чем больше они соберут подписей, тем меньше останется народной любви. Даже там, где она может быть и была. Я таких мест в принципе не знаю, но где-то же она должна быть.
Потому что операции принудительного волеизъявления граждан народной любви не способствуют. Они способствуют народной неприязни.
Вот в двадцатом году они собрали за гаранта два миллиона подписей. И что, сильно это гаранту помогло? Может если бы тогда оставили граждан в покое, то и неприязни у граждан было бы немножко меньше.
Но они же другой любви не умеют. И если кто-то вдруг даже хотел бы уже забыть про свои чувства к гаранту, то ему сейчас напоминают всем аппаратом стабильности.
Добро пожаловать в реальность!