В целом есть три конкурирующих стратегии в антироссийской коалиции, и они остаются неизменными в течение всего прошедшего года, пишет политолог Владимир Пастухов.
Украина. Украина хочет победы, но в крайнем случае согласна на заморозку конфликта по линии фронта. Но не на прекращение войны, а на переход ее в «молчаливую фазу» по типу корейского размежевания с подразумеваемым присутствием Запада в качестве гаранта на своей территории.
Европа. Европа хочет продолжения войны в текущем режиме, то есть с минимизацией рисков для себя. А это значит, что она не хочет ни победы России, ни победы Украины ценой резкой эскалации, платой за которую может стать интернационализация конфликта.
Америка. До прихода Трампа Америка хотела того же, что и Европа. Но Трамп смешал карты. Он предложил «неожиданный» концепт прекращения войны ценой раздела Украины, при этом ему вообще все равно, как именно ее делить.
На этом месте между Европой и Америкой возникло недопонимание. Раздел Украины неизбежно влечет и раздел Европы, так как война в Украине – явление не изолированное. На это Европа не согласна, а Трампа, похоже, это не волнует.
Как итог, сепаратные переговоры Путина и Трампа с каждым раундом приобретают всё больше не только антиукраинский, но и антиевропейский характер.
Великобритания, которая в начале войны была интегрирующей силой антироссийского альянса уже в силу одного своего особого положения в Европе как локального «непотопляемого авианосца США», лучше других прочувствовала новую ситуацию и начинает продумывать устраивающий ее компромисс раздела Европы.
Именно так я прочел инициативу Стармера, предложившего Трампу подумать вместе над планом для Украины, аналогичным плану по Газе. Лондон пытается предотвратить худший сценарий сепаратного сговора Вашингтона с Москвой, навязав Трампу себя и ЕС в качестве аналога арабских партнеров Америки по Ближневосточному урегулированию.
Во всей этой ситуации более всего мне непонятно, почему тянет Путин? Казалось бы, он должен был двумя руками схватиться за брошенный ему Трампом спасательный круг, но не тут-то было. С криком «Маловато будет!» он отпихивает его от себя и требует бросить ему круг побольше, и чтоб еще на нем золотыми буквами было написано: «Путин – победитель всех войн!».
Если отбросить субъективные причины (возраст, амбиция, эмоция), то на поверхности оказывается несколько догадок:
1) Путин не доверяет Трампу и считает, что тот его кинет, как только он ослабит удавку на шее Украины.
2) Путин не верит в перспективы Трампа и стабильность заключенных с ним соглашений – придет новая администрация, придется все начинать заново, а рычагов не будет.
3) Кремль понимает, что несломленная Украина, закрывшаяся условной новой «линией Маннергейма», - это бомба, которая рано или поздно взорвется, и поэтому хочет решить проблему с «двух концов»: не только аннексией части Украины, но и назначением «смотрящего» за оставшейся свободной ее частью.
Я думаю, что для Путина эти вопросы гораздо более сущностны, чем вопрос о десятке тысяч километров донбасской земли.
Добро пожаловать в реальность!