Разговор Путина с Эрдоганом, на мой взгляд, мог бы протекать так:
- И ты, Брат?!
- Володя, иди к Асаду…
Если серьезно, то для России поражение Асада болезненно, но не смертельно. Скорее пощечина, чем удар под дых. Унижение - да, сдувание геополитических амбиций – да, сущностное поражение, от которого режим пошатнется, – нет, пишет политолог Владимир Пастухов.
В принципе, свою изначальную миссию сирийская кампания Путина давно исчерпала. Дальше прибылей будет немного, а убытков - с лихвой. Самый большой убыток, конечно, - потеря в перспективе военной базы в Средиземном море: уж и непонятно, куда ее можно будет перенести. Так или иначе, но это не приоритетный для России сегодня ТВД.
А вот для Ирана это поражение имеет стратегический характер. Оно обрубает связь Тегерана со своим самым длинным щупальцем – Хезболлой. И для Ирана это как раз приоритетное направление. Интересно, если сирийско-российские усилия не увенчаются успехом, решится ли Иран на полномасштабное участие в сирийском конфликте, замещая своими подразделениями выпавший из обоймы «Вагнер»?
Иными словами, вынудит ли ослабление России Иран выйти из окопа и начать в Сирии что-то вроде СВО? Если да, то это сделало ситуацию во всем регионе даже еще более увлекательной, чем сейчас.
Добро пожаловать в реальность!