На мой взгляд, в России формируются условия для нового ГКЧП, пишет российский политолог Владимир Пастухов.
Мы являемся свидетелями сращивания верхушки силовых структур с самой реакционной частью политического класса, в результате чего внутри системы оформляется «новая оппозиция» - оппозиция людоедов, которая стремится к нарушению статус кво и требует перемен, но не тех, которые имел в виду певец Виктор Цой. Мы видели, как это работало в 1990-1991, когда такого рода альянс возник вокруг связки Крючков-Язов-Бакланов. Мы видели, как это почти сработало в 1996, когда аналогичный альянс базировался на связке Коржаков-Барсуков-Сосковец, и мы имеем возможность наблюдать формирование онлайн альянса, - Белоусов-Бастрыкин и, возможно, кто-то еще, например, Золотов, - который готов подхватить своими алыми от крови парусами ветер, дующий из «Царьграда».
Каждый раз сообщения о «замедлении интернета», дополнительных «проверках на дорогах» для выезжающих из страны (ограничения по профессиональным и иным критериям, новые основания для изъятия паспортов и так далее), разговоры чиновников о «патриотическом социализме» и национализации (неотъемлемой частью которой является конфискация имущества у нынешних как бы собственников) вызывают ажиотажную медийную реакцию и немой вопрос в затравленных глазах того, что в России с незапамятных времен принято называть «общественностью» (суррогат «гражданского общества»): «Неужели?»
Неужели закроют Youtube и WhatsApp? Неужели закроют границу? Неужели «раскулачат» старые капиталы ельцинской поры? Неужели разгонят Государственную думу? Этого же не может быть, потому что не может быть никогда! – Может. Еще как может. У замкнутой системы есть внутренняя логика развития, и в рамках этой логики она стремится к идеалу. А идеалом замкнутой системы является полная закрытость в каждой отдельно взятой точке. Поэтому стремление путинского режима к тотальной закрытости является естественным трендом. Для движения в этом направлении не нужно никаких особых причин и стимулов. Тут все происходит само собой как в самотечной канализации: каждая новая порция фекалий увеличивает скорость потока.
Более того, есть еще и обратная зависимость – чем дальше расширяется «империя» вовне, тем сильнее компенсирующее сжатие изнутри. Поэтому ожидать, что «ковшик устанет», наивно. Он может только сломаться. То есть все описанные выше последствия, как и неописанные, могут не случиться только в одном случае: если система скоропостижно скончается раньше, чем успеет развить все свои сущностные качества. Если она будет жить долго, Россия не только достигнет дна на отметке «1937», но и пойдет дальше вверх по лестнице, ведущей вниз.
Как говорил известный герой Ильфа и Петрова, если в стране существуют денежные знаки, то должны быть и те, у кого их много. А если в стране наблюдается тренд к усилению террора, то должны быть обязательно и те, кто бежит впереди паровоза (в нашем случае - асфальтового катка) и хочет ускорить естественный ход вещей. Так сильно хочет, что старый водила, сидящий на рычагах катка (на веслах в галере) уже начинает казаться им не двигателем, а тормозом. У них возникает неистребимое (хотя лучше не зарекаться) желание подтолкнуть процесс, причем в интересах самого «водилы». Именно на этой почве возникает сегодня вышеупомянутый альянс ультра-реакционной силовой бюрократии и ультра-националистов. Я не стал бы относиться к этим процессам свысока, как к чему-то несущественному. В конце концов, Распутина прикончили отнюдь не большевики-ленинцы и не эсэры Савинкова, а гипер-черносотенец Пуришкевич с князем Феликсом Юсуповым и при непосредственном участии младших членов царской семьи.
Добро пожаловать в реальность!