В канун нового года практически одновременно на разных российских медийных платформах, отнюдь не симпатизирующих путинскому режиму, появились статьи, предрекающие если не гибель западной демократии, то длительную эпоху ее стагнации и кризиса, пишет политолог Владимир Пастухов.
В них фиксируется тупиковость пути, по которому идет Запад, и возлагается на него существенная доля ответственности за войну между Россией и Украиной. Не отрицая ни первого (кризиса), ни второго (ответственности), должен заметить, что причиной этих публикаций является не столько реальный тупик западной цивилизации, сколько тупик российского либерального дискурса.
Либеральная мысль в России переживает сегодня ПТСР (посттравматическое стрессовое расстройство). Двадцать лет она жила ожиданием реванша, который каждый раз откладывался «до лучших времен». Но мало того, что «лучшие времена» так и не наступили, так еще и каждый несостоявшийся реванш приводил к ухудшению ситуации и очередной авторитарно-тоталитарной деформации России. Так что, если какое-то движение и имело место быть, то только в сторону, прямо противоположную желаемой и ожидаемой. 2011-2012, 2013-2014, 2019-2020, 2022-2023 стали в итоге шагами вверх по лестнице, ведущей вниз. Так русская либеральная мысль взошла на свой эшафот.
Поражение России в войне с Украиной рассматривалось в этой связи как последний шанс на чудесное спасение. И в рамках “классических схем” так оно все и должно было случиться. Война – черный лебедь, черный лебедь должен был своим страшным криком разбудить спящий Запад, проснувшийся Запад должен был вооружить и вдохновить Украину, вооруженная Украина должна была нанести тирании неприемлемый ущерб на фронте, неприемлемый ущерб на фронте должен был спровоцировать мятеж (в крайнем случае – раскол элит) в тылу, после чего Россия, ведомая возвратившимися из тюрем и эмиграции либералами, должна была вернуться на демократический путь развития, предначертанный ей еще в 90-е отцами-основателями посткоммунизма – а куда ж ей еще деться?
Черный лебедь действительно прилетел, нагадил и улетел. А вот дальше что-то пошло не так. Запад поворочался с боку на бок, но так до конца и не проснулся, Украину вооружили в результате ровно настолько, насколько нужно, чтобы она, обливаясь кровью, задержала продвижение русских танков к польской границе, неприемлемый ущерб оказался штукой относительной (типа - что немцу смерть, то русскому хорошо), а выдавленные с Запада непоследоввтельными санкциями российские элиты вынуждены были еще сильнее сплотиться вокруг Путина - спасителя их капиталов. Такой поворот событий привел к фрустрации русской либеральной мысли. Пытаясь осмыслить произошедшее, она остынувшим по-лермонтовски умом разочаровывается во всем, в том числе – в исторической миссии Запада, который, по ее мнению, мог, но не захотел спасти русскую свободу.
Справедливости ради надо сказать, что Запад никогда и не вписывался ни за русскую свободу, ни за украинскую независимость, а везде и всегда исходил лишь из своих собственных интересов, в чем его вряд ли можно упрекать. И то, что он не хочет жертвовать этими интересами, само по себе не может считаться показателем его деградации. Он и раньше был не особо щедр, если речь не шла о каких-то исключительных сущностных вызовах. В некотором смысле случившееся полезно. Оно будет способствовать взрослению и избавлению от иллюзии, что есть кто-то, кто готов за тебя решать твои проблемы. И если этот кто-то не вмешивается, то не потому, что его нет или он погиб, а лишь потому, что ты ему с твоими проблемами не интересен. И тогда ты невольно вспоминаешь слова одной старой песни: «Никто не даст нам избавленья: ни Бог, ни царь и не герой…»
Добро пожаловать в реальность!