Ровно месяц спустя после «малого Холокоста» два вопроса остаются для меня непроясненными, пишет политолог Владимир Пастухов.
1. Почему доминирующим в западных неолиберальных СМИ стал взгляд на демонстративную жестокость террористов ХАМАС как на эксцесс исполнителей?
Есть все основания полагать, что именно беспрецедентная жестокость была ключевым пунктом адского плана. Все было сделано для того, чтобы спровоцировать Израиль на военную операцию в Газе, и сделано таким образом, чтобы не оставить Израилю шанса ее не проводить. Это понятно даже Стрелкову из русской тюрьмы, но непонятно высоколобым экспертам на свободе. А раз так, то все политическое руководство ХАМАС, находящееся сегодня в комфортных и безопасных местах вдали от сектора Газа, несет прямую ответственность за все случившееся. Где же посадки? – как говорил один политический деятель когда-то.
2. Почему требование о прекращении огня в секторе Газа предъявлено односторонне к Израилю и не предъявлено к тому же руководству ХАМАС?
Руководители ХАМАС имеют возможность быстро добиться прекращения огня, отпустив заложников БЕЗ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫХ УСЛОВИЙ, а не предлагая выменять их на 6000 палестинских боевиков в израильских тюрьмах – условие, на которое ни одно правительство мира никогда не согласится (иначе оно перестанет быть правительством). Заложники в течение месяца остаются предметом торга – это пока главный провальный результат этого месяца для мирового сообщества.
Добро пожаловать в реальность!