Политический обозреватель Юрий Дракохруст рассказал Филину, кому адресованы миротворческие и воинственные заявления официального Минска.
- Во время послания Лукашенко много говорил об Украине, о контрнаступлении. Некоторые эксперты увидели в этом то ли его собственный страх, то ли ретрансляцию страхов Кремля. Как вы относитесь к такой версии?
- Я думаю, у него есть страх от продолжения войны. Украинское это будет контрнаступление или российское наступление. Или увязание войны в позиционных боях.
Я не большой военный специалист, но даже в военных песнях поется «Теплый ветер дует, развезло дороги». Это как раз про тот регион, там сейчас бездорожье. Об этом говорится в репортаже ВВС из-под Бахмута - там можно биться за небольшие участки территории, но большие маневры невозможны.
Не исключаю, что широкие действия там невозможны до мая, а то и июня. Там такая земля, пока она не просохнет, большие маневры там нельзя делать.
Но я думаю, что он все же рассуждает о большей динамике, о стратегической перспективе - что это все будет означать для его власти. И он здесь играет разными картами.
С одной стороны, это его «миротворчество»: остановитесь, бросьте все. Что касается Украины, то там на этот счет махнули рукой, никто на это не обращает внимания.
Что касается Москвы, то она фактически сказала "нет" устами Пескова. Да, он подчеркнул, что этот вопрос будет обсужден, но отметил при этом: Россия видит продолжение "специальной военной операции" единственным способом достижения своих целей. И это был такой ответ на миротворческое размахивание Лукашенко руками.
Но я думаю, что ничего другого он и не ожидал. И этот посыл был адресован главным образом белорусам. Он чувствует, что белорусы этой войны не хотят. Что по крайней мере часть белорусского общества ценит то, что их не послали воевать, пока.
И это послание им: "Видите, какой я? Я-за мир". Эта мнимая миротворчество призвано хотя бы частично компенсировать в принципе скверный эффект от новости о размещении ядерного оружия в Беларуси.
Думаю, он прекрасно это понимает. Лукашенко спорил с данными опроса Chatham House. Естественно, эта цифра в 80% не застывшая, но он прекрасно понимает, что подавляющее большинство против этого.
Он это хорошо понимает, поэтому и играет в такие жесты. И один из таких жестов - давайте я всех вас помирю. Это и у товарища Си не получается, а уже у Лукашенко…
Впрочем, товарищу Си не надо успокаивать своих граждан, что он их не пошлет воевать. А Лукашенко надо показывать белорусам, что он их не пошлет. По крайней мере создавать такой образ миротворца. Вот это он и делает.
- Лукашенко некогда грозился разместить российское ядерное оружие при одном условии - если американцы разместят свое в Польше на границе с Беларусью. Американцы этого не сделали, но вот сейчас мы слышим от российского посла, что ядерное оружие появится на западной границе так называемого Союзного государства.
Кому адресован этот сигнал и как он бьет по "миротворчеству" официального Минска?
- Знаете, то, что сказал Грызлов, по моему, не означает, что оружие поставят буквально на границе. Он говорил о Беларуси, которая для россиян и является западной границей "Союзного государства". И если речь о самолетах, то аэродром расположен под Барановичами, а не в Бресте.
Да, это было решение Путина. Но, думаю, Лукашенко тоже не был против. Ведь он воспринимает 2020-й операцией Запада, если вновь вспомнить аналогию с Карибским кризисом. Был такой Кастро, и была у него коммунистическая Куба.
А потом случилась историческая операция кубинских эмигрантов в заливе Качинас, спонсируемая США. После этого Хрущев разместил на Кубе ядерное оружие. Это чуть не привело к ядерной войне.
Американцы все же заставили Хрущева убрать ядерное оружие, но после этого «залива Качинас» не повторилась ни разу за 60 лет. Хрущев Карибский кризис проиграл, через два года его сняли с должности первого секретаря ЦК КПСС, в том числе и за то, чем закончилась история на Кубе.
А Фидель не проиграл ничего. Он руководил Кубой десятилетиями после того. Возможно, и потому, что с ним решили больше не связываться после Карибского кризиса. Я не знаю, насколько Лукашенко здесь великий историк, но такой прецедент есть.
Во время послания он вел себя, как мелкий задира у бандитов, который перед дракой выходит вперед, рвет на себе рубашку, кричит, провоцирует. И вот он так истерично выступал: "Это наше оружие, оно будет под нашим контролем!"
Что интересно. За несколько дней до этого Путин говорил, что это российское оружие, и оно будет под контролем России. 31 марта и российский, и, что смешно, белорусский представители в ООН говорили, что это российское оружие, которое будут контролировать россияне.
А Лукашенко на послании говорит: "Это будет наше оружие. О чем вы говорите? Мы ее будем контролировать". Это такое послание: "А вы думайте, чья оно будет на самом деле". Обратите внимание - это заявление никто не опроверг.
Кремль его не опроверг. Там просто механически повторяют, когда у них спрашивают, что она будет под российским контролем. И никто не спрашивает, мол, но Лукашенко сказал уже дважды, что он ее будет держать под контролем.
Тут такая двусмысленность получается: а может, уже не только Кремль то оружие будет контролировать, Лукашенко же говорит…
Разумеется, результатом этого будут новые санкции, еще большая изоляция и более глубокая зависимость от России. В случае чего Беларусь действительно становится мишенью. Но не только.
Все-таки остается этот фактор неизвестности, кому на самом деле это оружие будет принадлежать. Что на что может стать ответом? И эта неопределенность, я бы не сказал, что стала чистым поражением Лукашенко. Не факт.
- Гибель российского пропагандиста Татарского непосредственного отношения к Беларуси не имеет, но может ли эхо питерского взрыва каким-то образом докатиться и до нас? В виде дополнительных репрессивных мер, выставления круглосуточной охраны к кому-то из белорусских одиозных пропагандистов, например?
- Я не исключаю, что будет ситуация похожая на ту, что была после дела Зельцера. Кто-то попишет что-то положительное об этом в соцсетях. Уже пишут, правда, я пока вижу, что делают это в основном те, кто за границей. Но напишет кто-то в Беларуси и за это, конечно, могут посадить.
Не помню, насколько широко это было после убийства Дугиной, но пару случаев, кажется, было. Теперь тоже самое может быть.
Я не думаю, что этот российский случай вызовет такое уж сильное эхо в Беларуси. Ведь они и так землю роют и после Мачулищ, и после Гродно. И тут эта история с Татарским ничего не добавляет. Тем более что там свой контекст, своя ситуация, отличная от белорусской.
Перевод с бел. — EX-PRESS.BY
Добро пожаловать в реальность!