Прошли главные зимние христианские праздники. И католики, и православные скоро отойдут от праздничной эйфории и вернутся в суровую белорусскую реальность. Как и Костел с Церковью. Ближайшее будущее покажет, насколько эта реальность будет милостива и доброжелательна. И перед паствой, и перед вождями в 2021 году она поставит много принципиальных вопросов, пишет колумнист "Белсата" Александр Денисов.
Кажется, что костел для нашего государства всегда был «младшим нелюбимым сыном». Возможно, из-за того, что за его спиной белорусским правителям виделись миражи «злых поляков» и другие представителей «оранжевой» Европы.
После президентских выборов-2020 неожиданно для властей довольно много представителей и православия, и католицизма открыто высказались против лжи и насилия на улицах. Некоторые даже отсидели за свои взгляды. Однако самый сильный удар по «неблагонадежному» Костелу нанесли 31 августа, когда главу всех белорусских католиков, архиепископа Тадеуша Кондрусевича не впустили в Беларусь через польско-белорусскую границу. В воздухе повисла напряженность. Вопрос надо было решать, и власти пошли на компромисс с Ватиканом. Архиепископ – «оппозиционер» Кондрусевич возвращается в Беларусь, чтобы уйти на пенсию, а главой белорусских католиков становится новый человек – епископ Казимир Великоселец. И кажется, что все сделано как надо, однако некоторые специалисты подчеркивают, что не так все однозначно, так как «епископ Велькоселец обладает жестким характером и будет нелегким партнером для режима».
Вот с Белорусской православной церковью до выборов все складывалось гораздо теплее и уютнее для этого самого режима. И митрополит Филарет, и следующий голова, митрополит Павел, держались как минимум нейтралитета в политических вопросах. При этом нельзя говорить, что отношения государства и БПЦ были совершенно гладкими. Были и мелкие шероховатости. Почему-то первое, что приходит в голову, – это почти незамеченный в обществе конфликт 2006 года вокруг Гродненского Свято-Покровского кафедрального собора. В том году в главном соборе Гродно появились иконы с изображениями православных новых мучеников, пострадавших в годы гонений большевистской власти. Белорусские руководители, которые фактически считают себя наследниками Советов, что понятно, не были довольны изображениями пыток священников и монахов людьми в буденовках. «Злые языки» говорили, что конфликт преодолевался на уровне Александра Григорьевича и митрополита Филарета. Кстати, иконы остались в соборе.
Казалось, что тишина и покой сохранятся и при новом митрополите Вениамине, но после августовских выборов православный мир фактически начал открыто разделяться в своих суждениях и мыслях. И дело тут не в Вениамине. Священники хоть и «ближайшие к Богу», но прежде всего – люди. Масштабы «перемен» не могли не впечатлить. И не то чтобы это грозило реальным расколом, но если самые понятия добра и зла определяются кардинально противоположно, то это указатель того, что в воздухе летает напряженность и принципиальное несогласие. Еще никогда Церковь как общественный институт не была столь солидарна в своем расколе с обществом, как сегодня. И кажется, что это еще один замкнутый круг современной Беларуси.
На фоне всего этого балагана неожиданный посыл прилетел из Москвы. Во время огромного интервью патриарха Кирилла (читай: начальника митрополита Вениамина) российскому телеканалу «Россия» не обошлось без «белорусского вопроса». К белорусскому обществу было ожидаемое обращение: «Все вопросы надо решать мирно», не с помощью Майдана.
Но неожиданность была в обращении к властям Беларуси: «Но если вопросы существуют, их надо решать, и это уже обращение и к властям Беларуси. Нельзя откладывать в долгий ящик то, что вызывает несогласие и напряжение в обществе».
Что это за вопросы, которые «нельзя откладывать в долгий ящик», наверное, надо интересоваться не у московского патриарха, а у Кремля. Ведь часто бывает, что устами товарища Гундяева произносит Товарищ Путин. Какой ящик скоро откроется, наверняка узнают все белорусы: православные, католики, агностики, атеисты…
Добро пожаловать в реальность!