Вот читаю в новостной ленте: «Встреча Трампа и Путина на Аляске будет иметь значение только для двусторонних отношений США и РФ, но никаких решений там по Украине без Украины принято не будет, заявил Зеленский». Ну да, конечно, пишет политолог Владимир Пастухов.
Действительно, о чем бы Путин и Трамп не договорились друг с другом, Украина должна будет это еще принять. Даже жестче – Зеленский должен это принять, пока он находится на своем месте. Раздел Украины по линии фронта он еще как-то с грехом пополам принять может, хотя объясняться ему будет непросто. Добровольную сдачу еще не завоеванных Россией территорий он позволить себе принять не сможет.
Пока не сможет. Мой старший товарищ, много чему научивший меня в этой жизни, выдающийся финский дипломат, как-то сказал мне, что то пресловутое соглашение со Сталиным, по которому Финляндия потеряла значительную часть своих территорий и с которого началась знаменитая «финляндизация», было одобрено Маннергеймом буквально за считанные часы до полного коллапса финской армии. В общем, никто от хорошей жизни, добровольно ничего врагу не отдает.
То есть формула раздела Украины пока элементарно не вызрела. Дальше развилка. Во-первых, она может не вызреть никогда. Зеленский жестко решит проблему мобилизации, а ВСУ нанесут ВС РФ на Донбассе поражение или хотя бы заткнут образовавшуюся дыру. Это вдохновит европейских союзников, и они обеспечат «второе дыхание» войне, но уже без участия Америки. Во-вторых, контрудар не получится, и тогда Зеленский повторит маневр Маннергейма, согласившись в последнюю минуту на все то, на что не соглашался до этого. И, в-третьих, чуда не произойдет, Зеленский на все согласится, но это никому уже будет не надо, потому что к этому моменту у Путина будут уже другие аппетиты и другие требования (отдать Херсон и Запорожье, например).
Проблема в том, что для успеха такого рода разворотов надо быть Маннергеймом. То есть надо понять, что вчера было рано, завтра поздно, а сейчас – самое оно. Нет уверенности в том, что Зеленский сумеет отличить минуты от часов, а часы от суток, чтобы принять вовремя адекватное решение. Для этого он выглядит чересчур эмоциональным. К тому же у Маннергейма было очевидное преимущество – он мог в значительной степени меньше опасаться за свою власть. Проиграл – не проиграл, а памятники и по сей день стоят, вместе с одним из самых интересных музеев, в которых я побывал. Зеленскому, к сожалению, этого понимания со стороны нации, боюсь, достичь не удастся. Украина – не Финляндия.
Таким образом, Трамп и Путин осознанно едут на «стрелку» приглядеться друг к другу и поговорить о том, что они будут делать, когда формула раздела Украины окончательно сложится – если она вообще сложится когда-либо. Это пока не столько «стрелка», сколько «пристрелка». Я думаю, что они, конечно, не договорятся сейчас (ну, разве только российской армии за оставшиеся два дня удастся сделать больше, чем за весь прошедший год – но это вряд ли). При этом они прорисуют пунктиром все контурные карты Молотова-Риббентропа, чтобы при изменившихся обстоятельствах не тратить время на черчение.
Добро пожаловать в реальность!