Советник Офиса президента Украины — о мобилизации в России и обмене пленными.
— Эта мобилизация показывает, насколько могут быть неэффективны государственные системы, которые очень долго пропагандистски надувались суждениями «лучше нас никого не бывает», — отмечает Михаил Подоляк в интервью Юлии Латыниной.
Здесь мы видим невозможность построения даже более-менее простых логистических процессов. Это меня радует и поражает: я считаю, что Россия, которая имеет такую слабую управленческую матрицу, будет постоянно проигрывать. Мир будет постепенно избавляться от монструозности и серьезности этой системы. Двадцать лет складывался миф, что Путина нужно бояться, сейчас этот миф трещит по швам.
Человек вообще не просчитывает риски: ни краткосрочные, ни долгосрочные. Он так войну необдуманно начал, теперь продолжает принимать краткосрочные решения, не думая о последствиях, как в ситуации с проведением референдумов или мобилизации.
По словам Подоляка, за шесть дней мобилизации уже несколько тысяч человек попали на Херсонское направление. При этом политик отмечает, что все они прибыли без какой-либо подготовки, в неказистом обмундировании, совершенно растерянными и деморализованными.
— Они прекрасно понимают, что их будут использовать не по назначению: никаких узких военных специальностей и военной подготовки у них нет. Они должны просто закрыть территории, чтобы туда не проехала украинская бронетехника, например.
У нас работает реактивная система залпового огня по Херсонскому региону, а эти ребята психологически не готовы к такому тяжелому испытанию, как практически постоянно находиться под артиллерийским и реактивным давлением, поэтому потери резко возрастут. Теперь понятно, почему они берут такое количество людей: чтобы снаряды увязли в живой массе.
Недавно Украине при помощи других стран удалось обменять защитников «Азовстали», которые попали в российский плен, на задержанного ранее Медведчука. Об этом говорят немного: все же в плену еще остаются украинские защитники. Обмен военнопленными произошел после объявления мобилизации в России.
— Было несколько разнонаправленных векторов решений. Помимо указа о мобилизации, в России было принято решение о резком усилении репрессий в отношении тех, кто не хочет воевать или готов сдаться в плен. То есть это обозначение, что люди не имеют никакой ценности.
Одновременно с этим Госдума проголосовала за ряд законов, существенно повышающих материальное довольство силовых органов.
Таким образом сказано, что в Россию вернулась классическая модель: вертухаям — все, смертным — репрессии. То есть Путин не играет, когда говорит, что самая оптимальная модель государства — та, что была в раннем СССР.
С другой стороны, он может делать несколько взаимоисключающих вещей. Так наряду с объявлением мобилизации произошел обмен пленными.
Но в нем участвовало несколько стран, там были в том числе финансовые интересы для России. Они поняли: если будут «кидать» еще и Турцию, то получат тотальную изоляцию с точки зрения тех же санкций.
Турция для России сейчас является окном возможностей. И российской стороной брались определенные обязательства перед Турцией еще во время переговоров по поводу выхода наших людей из «Азовстали».
То есть здесь Россия взвесила риски и выбрала правильное решение. Но оно негативно сказалось на фоне принятия решения о мобилизации, в том числе одновременно разорвало «патриотическую» аудиторию: группу людей, которая требует больше крови.
Добро пожаловать в реальность!