Экс-дипломат — об усилиях беларусского МИДа и эффект Люцифера.
— В актив беларусской дипломатии можно занести и прорубание новых маршрутов доставки товаров в страны «дальней дуги» и, в частности, использование для этих целей международного транспортного коридора «Север-Юг», завязанного на Иран, — пишет Павел Мацукевич на своем канале Пульс Ленина-19.
Это приближает к решению проблемы торговли со странами Азии (Индия), Африки и Латинской Америки, которая возникла после того, как Беларусь деяниями режима лишилась доступа к портам Польши, Литвы и Латвии на Балтике и Украины на Черном море.
Алейник куда более серьезнее, чем Макей погрузился в развитие отношений с «дальней дугой», протаптывая пути в Африку и Азию своими ногами.
Свой первый самостоятельный официальный визит за рубеж Сергей Алейник совершил в Кению. Он состоялся в апреле. В июне глава МИД Беларуси побывал в Экваториальной Гвинее, готовя почву под визит президента этой африканской страны в Беларусь, в итоге отложенный из-за проделок пригожинских «музыкантов».
К этому следует добавить визит в Иран и Зимбабве вместе с Лукашенко, прием многочисленных официальных лиц из Зимбабве и Кении в Беларуси, встречу с министром иностранных дел Уганды в Москве.
Помимо всего этого Алейник совершил визит в Пакистан, принял в Минске министров иностранных дел Зимбабве, Никарагуа, Казахстана. На саммите Движения Неприсоединения в Баку, прошедшем на этой неделе, Алейник провел встречи с главами/заместителями глав внешнеполитических ведомств Азербайджана, Уганды, Катара, Турции, Ирана, Индии, Алжира, Кувейта, Венесуэлы, Кубы, Сирии, Палестины, Саудовской Аравии, ЮАР.
Такая интенсивность международных встреч показывает, что МИД Беларуси стучится во все двери и использует любые возможности. Насколько результативно — другой вопрос, хотя если ориентироваться на внешнюю торговлю и дыры в изоляции, то результат очевиден.
Ведомству Алейника удалось прорубить венгерское окно в Европу. Пока не похоже, что режим собирается сесть на диету в плане репрессий, чтобы в него пролезть, но такая возможность физически существует.
Февральский приезд в Минск главы МИД Венгрии, а затем апрельский визит в Будапешт министра иностранных дел Беларуси формально можно рассматривать как прорыв изоляции Европейского союза.
В актив дипломатии Алейника можно также занести выход в финал процесса оформления членства Беларуси в Шанхайской организации сотрудничества. Ожидается, что это произойдет в следующем году на саммите ШОС в Казахстане, а это все-таки быстро, если учесть, что официально процесс стартовал лишь в сентябре прошлого года в Самарканде.
В пассив попадает провал на выборах непостоянных членов Совета Безопасности ООН. Это была не первая попытка Минска оказаться за самым важным и главным в мире столом, но самая длительная и, казалось бы, беспроигрышная. Заявка была подана полтора десятка лет назад и вплоть до 2020 года успех считался гарантированным, но режим все испортил, а МИД нашел ему оправдание, переложив ответственность на Запад.
Такого рода усилия ведомства Алейника, направленные на отмывание режима — и своего и российского от злодеяний, и вся иная лапша, которую МИД Беларуси наматывает на зарубежные уши по долгу службы, идут, конечно же, в самый жирный минус, перекрывающий, по меньшей мере с точки зрения восприятия все плюсы.
Сомневаюсь при этом, что среди действующих беларусских дипломатов статистически значим процент верующих в 80%, другие сказки Лукашенко или спецоперацию Путина. Дело опять же в системе, уцелевшей в 2020-м, частью которой является МИД.
Автор Стэнфордского тюремного эксперимента Джордж Зимбардо утверждает (в «Эффекте Люцифера»), что система — движущая сила, создающая ситуации, формирующие контекст поведения, влияющий на действия тех, кто в них попадает. По мнению Зимбардо и не только его, зло не является прерогативой извращенцев и деспотов, а вполне нормальных и обычных людей. В том числе на дипдолжностях.
Порочность системы в Беларуси и ситуация, в которую режим поместил всех от мала до велика, разумеется, не оправдывают поступки дипломатов, клеймящих Запад, оправдывающих войну или отрицающих насилие и репрессии, но отчасти объясняют, почему они делают то, что делают.
Добро пожаловать в реальность!