Лукашенко вдруг обиделся, что его восприняли как «пособника агрессии», пишет политический аналитик Артем Шрайбман.
А еще заявил, что хочет отдельное место за столом мирных переговоров как страна, которой тоже нужны гарантии безопасности. И не смейте там подписывать что-то без нас, добавил он.
Есть большой соблазн высмеивать эти неуклюжие попытки восстановить свою субъектность. Но интереснее их подоплека. Уже давно очевидно, что Лукашенко некомфортно в роли площадки для войны против Украины: он сам преуменьшает масштаб использования территории страны и ее аэродромов, эти факты замалчиваются в госСМИ (искренний союзник гордился бы своей ролью в спецоперации), а дипломаты Макея в интервью до сих пор (!!!) подчеркивают, что Беларусь предоставляла территорию не для агрессии, а только для учений.
Теперь же Лукашенко демонстрирует, что Минску неприятно, что его вообще перестали замечать как региональную единицу. Того и гляди, по итогам переговоров с Москвы будут сняты санкции, а про Беларусь забудут. А санкции против Минска в относительном выражении могут быть даже более болезненными, потому что блокируют основные позиции белорусского экспорта, в то время как Россия может продолжать торговать своими главными товарами – нефтью и газом. И в теории Москве легче переориентировать какие-то экспортные потоки в Азию, чем нам.
Есть ли у Минска шансы снова найти какую-то свою, отдельную от России и востребованную другими игроками нишу? Если коротко, их очень мало. Планка сегодня слишком высока.
Чтобы заинтересовать собой Запад, Лукашенко придется предложить что-то действительно геополитически ценное. Продавать лишь риторику про донорство стабильности и «мы за мир», когда ты по факту стал чужим военным плацдармом, можно только своему наивному телезрителю.
С точки зрения Запада, им пытаются впарить даже не девальвированную валюту, а купюры, вышедшие из обращения. Дела говорят громче слов. А дела тут простые: белорусской территорией пользуются как проходным двором, и мало кто на Западе верит, что ключи от двора у Лукашенко.
Более заметным шагом могла бы стать инициативная нейтрализация территории Беларуси. То есть вывод из нее всех российских войск, и предложение ключевым региональным игрокам подписать соглашение о том, чтобы не использовать для размещения иностранных баз и маневров, которые кто-то из соседей считает опасными, не только Украину (что обсуждается на переговорах), но и Беларусь. И даже в этом случае Лукашенко пришлось бы позаботиться о том, чтобы снять главный раздражитель для разговора с собой – освободить политзаключенных и прекратить репрессии.
Пока и первая, и вторая части уравнения выглядят совершенно нереалистичными. Первое – откровенная пощечина России, второе – пощечина своим силовикам и пропагандистам, которые уже два года требуют еще больше крови врагов народа.
Все это в сумме – серьезный риск дестабилизации для Лукашенко: российской поддержки станет меньше, западная не придет, санкции снимут не мгновенно, на свободе будут популярные лидеры протеста, а опричники будут дезориентированы.
Но это если мы смотрим на ситуацию в статике, как сейчас. А если представить себе, что динамика процессов приведет нас к стремительно беднеющей и неохотно помогающей России, неспособности Минска перенаправить экспорт хоть куда-то, торговой блокаде со стороны Польши и стран Балтии, дефициту товаров из-за проблем с логистикой, дыре в бюджете, которую нечем затыкать, рекордной инфляции, банковскому кризису и остановке важных предприятий, то восприятие рисков у Лукашенко может тоже измениться. То, что сегодня кажется политически немыслимым, будет не таким уж смертельным вариантом на фоне альтернатив.
Добро пожаловать в реальность!