Белорусская экономика, набравшая рекордные темпы роста в первой половине года, в августе резко притормозила. Почему это произошло, и грозит ли экономике Беларуси жесткая посадка?
Об этом в интервью порталу «Белорусы и рынок» рассказал старший научный сотрудник BEROC Дмитрий Крук.
— Дмитрий, за восемь месяцев темп экономического роста замедлился с 5,5% до меньше чем 5%. Можно ли говорить, что это какая-то тенденция радикального замедления экономики или же просто сезонная флуктуация?
— Самый главный ответ – влияние динамики прошлого месяца, за счет, прежде всего, сельскохозяйственной отрасли и смещения сезонности по уборке урожая. Изменились сроки проведения этих работ. И это привело к тому, что в июле ВВП показал просто фантастический рост. Если месяц к месяцу смотреть на сезонно сглаженной основе, то получалось почти 8,3%.
В этом месяце ситуация компенсировалась. Поэтому я не рассматривал бы историю августа, как уж очень сильный сигнал по замедлению темпа роста ВВП кардинально. Мы действительно находимся на траектории замедления темпов роста ВВП. Но нельзя ожидать, что темп, который экономика набрала в первом полугодии, рассеется одномоментно.
Этот рост нестабильный, ненадежный и не очень естественный. Но исчерпываться он будет более поступательно.
— Тогда какой прогноз на конец года?
— Я исхожу из того, что по итогам года будет цифра в районе 4,1%. Может, даже чуть больше.
— Что было факторами роста, который обеспечил белорусской экономике такую высокую инерцию?
— В первом полугодии рост экономики превзошел все ожидания, даже ожидания правительства, которые многим, и мне лично, в начале года казались фантастическими. Исходя из той статистики, которая доступна, я назвал бы, во-первых, новую волну спроса из России и выросший экспорт в Россию. И это очень сильно поддержало экономику.
Хотя, если смотреть на цифры, экспорт не является ключевым фактором экономической динамики, но он является фундаментом всей конструкции. Это несущая подпорка для всей конструкции экономического роста.
А второе — внутренний спрос. Как потребительский, так и инвестиционный. Потребительский спрос подпитывается баснословно растущими зарплатами. Эта ситуация питает потребительский оптимизм, который раскачивает экономику. Но без этой экспортной подпорки, без расширения экспорта, рост потребительского спроса не был бы возможен.
— Что дальше будет происходить с белорусской экономикой? По какой траектории она будет двигаться?
— По сути фундаментальные ограничения никуда не делись. Мощности по производству того, что мы можем экспортировать, почти переполнены. С барьерами, логистическими, транспортными, санкционными, ситуация не поменялась. Это первое фундаментальное ограничение.
Второе состоит в том, что Россия начала сознательно тормозить свою экономику. Разогрев российской экономики, который происходил на фоне войны, бюджетных стимулов, будет сходить на нет. Соответственно, это рыночным образом еще нивелирует часть спроса на белорусскую продукцию.
Третье соображение – финансовые трудности, ограничения предприятий. Несмотря на растущий вал, финансовая позиция многих предприятий весьма слаба. Они находятся в незавидном финансовом положении, поскольку вынуждены платить большие зарплаты, чтобы поддерживать производство.
Эти факторы будут замедлять рост белорусской экономики. Поэтому траектория замедления роста практически неизбежна. Вопрос только в том, как быстро это будет происходить. Я исхожу из того, что в нынешнем году это будет происходить относительно плавно. Пузырь экономической активности будет сдуваться, но сдуваться медленно.
— Если все-таки власти поддадутся искушению стимулировать экономику, чтобы обеспечить высокие темпы роста. Какие шансы, что это получится?
— Я бы сказал, что вероятность достаточно низка. В качестве базового сценария я рассматривал бы замедление роста. Возможно, фискальными и монетарными инструментами это замедление роста будет тормозиться. Но крайне сомнительно, что удастся сохранить повышательный тренд.
— Насколько серьезными могут быть последствия, если правительство будет и дальше стимулировать экономический рост вопреки всем объективным обстоятельствам?
— Первое чего бы я опасался — спирали финансового кризиса под воздействием инфляционного скачка. И это очень быстро может нивелировать за счет корректировки цен уровень доходов.
Второе — это жесткая посадка. После спурта 24 года вполне может наступить рецессия. Умеренно-позитивный сценарий предполагает остужение роста в 2025 году до 1,6-1,7%, с выходом почти в нулевой рост в 2026 году.
Масштабная угроза — это то, что в 2025 году можно получить не затухание роста, а вполне осязаемую рецессию. То, что избыточный рост станет кандалами, которые будут сковывать экономику. И предпосылок для такого развития событий очень много. Если экспорт в Россию начнет проседать, то в мгновение ока мы получаем схлопывание всей конструкции, которая зиждется на этом фундаменте.
Поэтому жесткая посадка с ощутимой рецессией это вполне допускаемый сценарий.
Добро пожаловать в реальность!