ЕС, США, Великобритания и Канада практически одновременно приняли новый пакет ограничительных мер в отношении белорусского режима. МИД Беларуси в своей привычной манере уже нервно отреагировал на это и пообещал «адекватные ответные меры».
Насколько на самом деле серьезные основания для переживаний, большие ли потери понесет белорусская экономика, и стоит ли ожидать ухудшения ситуации в 2022 году, когда действующие контракты закончатся и начнут действовать санкции, принятые ранее?
В комментарии «Салідарнасці» академический директор BISS Петр Рудковский отметил, что потери в финансовом эквиваленте сложно очертить с определенностью, так как здесь очень много переменных.
— Скажу про другой аспект санкций, который может быть не менее важен. Санкции — это нарушение существующей системы стимулов.
На любом государственном предприятии, будь то «Белавиа», «Белшина» или «Белоруснефть», руководство должно совмещать лояльность к режиму и естественное стремление к профессиональной самореализации или/и обогащению.
Конфликт властей с Западом заставляет экономические элиты переосмысливать цену лояльности. Лояльность, особенно для людей бизнесового состава — это разновидность «расходов», которые нужно нести, чтобы заполучить какой-то доход. И если расходы превышают доходы, то за этим идут поиски альтернатив.
Таким образом, санкции — это не только (и не столько) деньги или невозможность некоторых людей путешествовать по странам Запада. Это удар по системе лояльности.
Российский фактор будет амортизировать этот удар, но это довольно шаткий фактор. Кремль в курсе кризиса внутренней легитимации режима Лукашенко, поэтому должен считаться с тем, что безоговорочная поддержка Лукашенко может привести к еще большему падению пророссийских настроений в Беларуси.
Добро пожаловать в реальность!