В эфире Эха Москвы политический аналитик Кирилл Рогов порассуждал о причинах, заставивших Александра Лукашенко заговорить о признании Крыма российским. А также о цене для Беларуси российской поддержки. Приведем этот фрагмент.
— Признание Крыма Лукашенко — это последний козырь был у него или еще какие-то есть?
― Я думаю, что это не назовешь козырем. Это было козырем раньше. Это означает, что политической субъектности у него нет больше. Я сказал, что Россию, Беларусь можно рассматривать в некотором смысле как единый политический домен. То есть нету такой отдельной Беларуси с каким-то своим отдельным руководством.
Так мне представляется. Ну, и Лукашенко, который очень долго держал эту позицию, которая ему открывала все-таки для какого-то маневра. Но сейчас она уже не нужна совсем, потому что по другим причинам у него уже этого маневра не осталось. Он как бы проиграл эту партию.
― И что теперь дальше будет с ним и с Беларусью?
— Ничего, будет тихий захват силовых структур белорусских, их какое-то переподчинение Москве. И думаю, пока больше ничего.
Когда Владимир Путин избрался в 18-м году, то через пару месяцев стало понятно, что Беларусь является такой стратегемой для Кремля.
Потому что у них очень мало осталось союзников и утрата Беларуси выглядит кошмаром таким скорее имиджево-политическим. И когда я начал писать, что объединение с Беларусью важнейшая стретегема, надо понимать, что тогда еще была тема, что через это объединение Путин как-то останется на пятый срок, что здесь нужно эту проблему еще решать.
Потом это было разделено на разные отделы. И сейчас такое символическое объединение с Беларусью не очень нужно, как мне представляется, Кремлю. Нужен фактический захват суверенитета.
― А как пиар история к выборам каким-нибудь подарочек — нет?
― Может быть, но, мне кажется, он особо не сыграет. Даже если, например, это будут Беларусь и Донбасс будут присоединены к России, и мы скажем, вот такой Советский Союз. Но это не будет Советским Союзом.
И я не уверен, что российскому населению вообще это как-то понравится. Потому что понятно, что в основном эту будут траты для России. И не факт, что это хоть как-то сыграет, не факт, что сыграет отрицательным образом.
― Даже так? Но последнее время как раз, наоборот, звучат заигрывающие формы названия, «пока не признанные республики», например. Как вам такое?
― Это про что?
― Про Донбасс.
― Здесь разные вещи: включение в состав и признание.
― Естественно. Но мы прекрасно понимаем, что такое Абхазия и Осетия.
― У них разные главные политические задачи. И сейчас угроза признания — это такой рычаг давления, чтобы продолжать какие-то переговоры в каком-то формате политическом. Это одно решение.
Есть такой козырь: А вот мы сейчас признаем их, что они независимые. Как Абхазию. Другое решение — это присоединение к России. Присоединение к России — это совсем другая мера бюджетной и материальной ответственности за это.
Ты должен будешь как-то устраивать здесь какую-то организацию жизни, устраивать поддержание. Поэтому здесь больше управленческих и экономических проблем встает.
Да, это разные вещи. Я не понимаю сейчас, не очень вижу тот спрос, который бы отозвался с восторгом на присоединение Беларуси. Его нету.
И замеры, которые проводились, когда считалось, что это будет такое торжественное объединение, решающее проблемы пятого срока, — тогда тоже было видно, что включение в состав России… Вернее так: включение в состав России в качестве области — это нормально.
А вот в союзное государство, которое состоит из России и Беларуси — это совершенно кажется людям абсурдным каким-то. И они понимают, что для России это не выигрыш, а даже как-то унизительно. А для Беларуси нужно так именно это подать.
Поэтому здесь есть целый ряд проблем и, мне кажется, что такая задача стандартная инерционная состоит в том, чтобы лишать Беларусь постепенно реального суверенитета.
Что будет происходить? Она будет сидеть на каком-то потоке помощи. Будут за это отнимать руководство силовыми структурами, которые будут перенаправлены, руководство ими в Москву. Не знаю, насколько это уже является фактом, насколько в будущем.
Ну, и в перспективе, я думаю, рублевую зону распространят туда, и тогда уже совсем куда ты денешься? Есть целый ряд вожжей, которые сделают белорусский суверенитет фантомной вещью. И при этом не надо будет брать лишние обязательства за выравнивание пенсий.
Добро пожаловать в реальность!