Бутько: Послы вернулись "тайком", чтобы это не выглядело как уступка

Бывший первый секретарь посольства Республики Польша в Минске объясняет, почему не стоит связывать возвращение послов с освобождением политзаключенных.

Лукашенко сказал, что европейцы наконец-то поняли важность Беларуси для ЕС. Действительно ли мотивация вернуть послов в Минск была такой, как говорит глава Беларуси? 

На самом деле картина такова, что впервые в истории ЕС проводил твердую политику относительно Лукашенко и эта политика начала действовать. То, что Санников и Бондаренко вышли на свободу — это прежде всего благодаря европейским санкциям, и не только потому что послы солидарно уехали из Минска — это, возможно, как раз один из самых слабых элементов влияния Европы на Лукашенко. 

"Черные" списки расширяются, экономические санкции, хоть и мягкие, действуют — впервые мы видим настоящую политику влияния на режим, и она действует. Конечно же, Лукашенко будет говорить, что он не освобождал политзаключенных под давлением, что санкции контрпродуктивны. Теперь важно, чтобы Европа и впредь шла этой дорогой, чтобы не считала, что успех достигнут и можно смягчать политику. Хотя последнее также возможно. Но в целом ситуация выглядит обратной, нежели говорит Лукашенко. 

Возвращение послов происходило "тайком". Конечно же, Лукашенко мог счесть этой своей победой. Правильно ли все было сделано? 

Как и многие эксперты, я считаю, что возвращение произошло преждевременно. Лукашенко пропагандирует это как уступку со стороны ЕС. Но кто больше пользы с этого имеет? Это награда Лукашенко за освобождение Санникова и Бондаренко или просто желание Евросоюза вернуться? У ЕС также есть бюрократическая инерция и послы не всегда довольны, когда нет напряжения и ничего не происходит. Это все дело интерпретации. 

В Минске послы или не в Минске — это имеет лишь символическое значение. Дипломаты и послы не много могут сделать в Беларуси — я знаю это из своего опыта. Это жест символический, а санкции есть и будут расширяться, если Лукашенко будет делать шаги назад. 

А почему не связывать возвращение послов и освобождение Санникова и Бондаренко? Зачем надо было оставлять интерпретацию этого шага исключительно белорусской стороне? 

Элиты ЕС решили не пропагандировать возвращения послов, чтобы не делать вида, что вознаграждают Лукашенко, что это большое событие. Если бы они официально об этом сообщили, это было бы слишком яркая уступка Лукашенко. Они решили вернуться тайком и не делать из этого большого события. 

Как дальше будут развиваться отношения ЕС и Беларуси? 

Было бы плохо, если бы Европа снова начала крутить диалог с Лукашенко, когда 13 политзаключенных в тюрьме. Теперь все зависит от того, как Лукашенко и КГБ интерпретируют поведение ЕС. Если он решат, что Европа начинает уступать — Лукашенко обратится к прежней твердой политике. Как только Лукашенко ощутит, что ЕС отступает, он начнет наступать.