В начале недели правозащитники сообщили, что по всей стране силовики проводят обыски у тех, кто был наблюдателем на президентских выборах в 2020 году. Но оказалось, что не только обыски. Читателя «Зеркала», который также следил за подсчетом голосов, недавно вызвали в милицию на проверку телефона. Он рассказал изданию, как прошла эта «встреча».
Максим (имя собеседника изменено в целях безопасности) живет в Гомельской области. В начале декабря ему позвонил участковый. Попросил подъехать. Мужчина был на работе и предложил встретиться после того, как у него закончится рабочий день. Силовик настаивал на срочности. В итоге Максим отпросился с работы и отправился в милицию.
«По какой причине вызывает, участковый не говорил до самого моего прихода в РОВД. Сказал только, это быстро, минут на пять. Но я себя порядочно накрутил. Готовился, что по пятницам обычно забирают до суда в понедельник, чтобы посидел выходные.
В общем, думал, это все надолго, но оказалось, нет. Участковый объяснил, что должен по списку проверить телефоны. На столе у него лежали листы А4. На них — таблицы с разными данными. Я так понял, это с фамилиями, адресами и телефонами. Прочитать их я не смог», — вспоминает мужчина.
Участковый сообщил Максиму, что должен провести осмотр телефона. Мужчина отказался.
«До прихода в милицию я отключил телефон, поэтому протянул ему смартфон со словами: «Можете внешне осмотреть». Участковый отреагировал на это спокойно. Сказал: «Хорошо, напишем, что отказался». Также он спросил, в каких соцсетях состою и какие телеграм-каналы читаю. Затем попросил подписать бумагу, что я не буду террористом и экстремистом», — вспоминает мужчина.
Если менее образно, Максим подписал официальное предупреждение о том, что «в случае совершения действий, предусмотренных статьей 1 закона „О противодействии экстремизму“ могу быть привлечен к ответственности, в соответствии с законодательством».
Интересно, что, согласно статье 9 этого же закона, предупреждение Максиму должны были вынести в том случае, если бы участковый узнал, что он совершает какие-либо «экстремистские» действия, предусмотренные все той же статьей 1. Более подробно о законе можно прочитать здесь.
«В какой-то момент я завел разговор о том, что в милицию меня позвали без причины. Участковый сказал, людей по списку вызывают якобы из-за ложных минирований общественных заведений, которые были достаточно давно. Мол, ищут, кто это сделал. Причем о том, заведено ли уголовное дело, не говорил. После того как я подписал все бумаги, меня отпустили.
Всех знакомых, у кого были «административки», я об этом предупредил, но не слышал, чтобы кого-то из них вызывали. Участковый мне ни слова не сказал про наблюдателей, просто обмолвился: «Проверить телефоны у списочных». А «списочные» у нас — это имя нарицательное», — объясняет собеседник.
Кто конкретно в этих списках, Максим не знает, но говорит, что в них могут быть те, кого задерживали после выборов, на кого составляли протоколы за сигналы, репосты, подписки. На нем после выборов 2020 года тоже есть «административки».
«После моего вызова прошло уже немало дней. Судя по тому, что больше никому из моих знакомых наблюдателей милиция не звонила, возможно, они так решили припугнуть именно меня. Хотя, кто знает, может быть, тянут до праздников, чтобы больше людям подгадить», — рассуждает беларус.
Судя по всему, случай Максима единичный. В инициативах «Честные люди» и «Страна для жизни», а также в штабе Виктора Бабарико «Зеркалу» рассказали, что люди, которые были наблюдателями на выборах и сейчас на связи с ними, не сообщали ни о вызовах в милицию, ни об обысках. Правозащитный центр «Вясна» также отмечает, что не владеет информацией о вызовах наблюдателей в милицию для проверки телефона.
Добро пожаловать в реальность!