По данным Белстата, во втором квартале 2023 года доля населения с уровнем среднедушевых располагаемых ресурсов ниже бюджета прожиточного минимума составила 3,6%. Это меньше, чем, например, год назад, но все же речь о почти 330 тысячах человек.
Притом на селе беларусов, перешагнувших порог бедности, вдвое больше, чем в городах, а в Могилевской области – в пять раз больше, чем в Минске.
Чертой бедности Национальный статистический комитет РБ считает 352,13 рублей — столько составляет БПМ на сегодня. Впрочем, величина эта не единая для всех: для трудоспособного населения она выше (389,53 рубля), для пенсионеров — заметно ниже (265,96), для детей своя градация, но в среднем по стране вот так.
Нынешнее количество малообеспеченных беларусов — это много или мало? Об этом Филин поговорил состаршим научным сотрудником BEROC Анастасией Лузгиной.
Экономист отмечает, что в определении черты бедности нет какого-то единого эталона: например, в США малообеспеченными считаются люди, зарабатывающие меньше $4.55 в день, а в странах Африки — если «на жизнь» приходится меньше $1 в день на человека.
— Всемирный банк считает минимальным порогом международной черты бедности $2,15 (причем это значение пересмотрели в сторону повышения, в 2015-2022 годах уровень «крайней нищеты» отсчитывался от $1,9 и меньше). Но это все же средняя температура по больнице, в разных странах используются разные подходы, — говорит Анастасия Лузгина. – В Беларуси, если исходить из официальной статистики, количество людей, находящихся за чертой бедности — маленькое.
Однако даже из этих данных мы видим: уровень обеспеченности сильно зависит от того, где человек живет — в сельской местности больше бедных, чем в городах. И это является проблемой: часто люди не остаются жить на селе именно потому, что понимают: здесь они не смогут обеспечить семьи.
Верно ли, что со старением населения число бедных будет расти, хотя на статистике это мало отразится (вспоминая про величину БПМ для пенсионеров)?
— Дело в том, что в Беларуси выплату пенсий государство все-таки контролирует и стремится обеспечить в среднем 40% от зарплаты, сейчас этот процент чуть-чуть ниже, но минимальной планки стараются придерживаться, — отмечает Анастасия Лузгина. — Поэтому, если зарплаты продолжат расти, то потихоньку будут расти и пенсии, да и размер БПМ в стране пересматривают четырежды в год.
Друое дело, если возможности повышать дальше пенсии не будет и на ФСЗН будет слишком большая нагрузка, то большее количество пенсионеров могут получать на уровне или ниже бюджета прожиточного минимума.
И еще вопрос в том, с чем сравнивать, говоря об уровне бедности. В Беларуси при расчете прожиточного минимума тех же пенсионеров принято считать: если человеку хватает на питание и лекарства, то уже хорошо.
Но на самом деле $230 (средняя пенсия в РБ) — небольшая цифра по сравнению даже с нашими соседями. А если сравнить с пенсионерами из стран Западной Европы— многие ли пожилые беларусы могут себе позволить на пенсии путешествовать, хорошо питаться и т.д.?
Например, вовсе далеко Беларуси до Швеции, где размер пенсии —60-80% от зарплаты по стране. Получается, хоть беларусские власти часто говорят о том, что у нас социально ориентированное государство, в действительности это Швеция социально ориентирована, потому что там пенсионная система построена так, что дает своим гражданам возможность на пенсии полноценно жить, а не только выживать.
Добро пожаловать в реальность!