Известный экономист — о неэффективности введенных санкций и двух сценариях, способных, изменить поведение Лукашенко.
— Почему западные страны из всех возможных видов оказания воздействия на агрессора, на тоталитарные режимы предпочитают санкции? — задается вопросом Ярослав Романчук. — Они говорят, что санкции – это принуждение Лукашенко к диалогу, к переосмыслению отношения к белорусам.
Введено пять пакетов санкций. И?
- Лукашенко к диалогу с оппозицией и ЕС/США стал ближе? Нет.
- Лукашенко начал задумываться об освобождении политзаключенных? Нет
- Лукашенко прекратил репрессии в отношении белорусов? Нет, продолжает и даже усиливает.
- Лукашенко осознал опасность преступного союза с Россией? Нет.
- Лукашенко прекратил предоставление территории Беларуси для рашистского агрессора? Нет, тем самым сам оставаясь агрессором.
- Экономика Беларуси вошла в стопор, обвалилась и скатилась в глубокую яму? Нет. Падание ВВП на 4% за первое полугодие, сокращение экспорта и услуг на 5,5%, минимальный дефицит бюджета – это явно не *опа.
- Белорусский рубль вошёл в пике и девальвировался до состояния мусора? Нет.
- Инфляция в Беларуси разоряет даже тех, кто голосовал за Лукашенко, и они выходят на марши пустых кастрюль? Нет.
Если всё это «НЕТ», то логично задать вопрос, почему.
То ли санкции дырявые. Тогда, когда будут не дырявые? Возможны ли они в принципе, когда Россия, Китай, Индия и большинство стран мира под санкциями не подписалась, а экономика Беларуси стремительно дрейфует к статусу «субъект Российской Федерации»?
То ли нет политической воли принять настоящие действенные меры, чтобы изменить поведение Лукашенко. И тут теоретически могут быть два прямо противоположных сценария.
Первый – отказ от санкций в отношении Беларуси, как попытка ослабить мёртвую хватку Кремля на шее Лукашенко и Беларуси, попытка вбить клин между двумя тоталитарными правителями. Риски, безусловно, есть, но протестировать новые возможности без такой меры нельзя.
Второй путь – признание Лукашенко и Путина спонсорами терроризма – и вот тогда уже тотальная, полная экономическая изоляция.
Первый и второй пути требуют сильного политического лидерства и инициативности, а введение санкций – это любимый режим бюрократий. Переговоры, обсуждения, заседания, заявления и… так по кругу... шестой, седьмой, восьмой пакеты…
Глядишь, на дворе уже 2024 год. Политические заключенные в Беларуси – инвалиды. Многие не выдержат столько времени. Всё гражданское общество, сколь-нибудь активные люди закатаны в асфальт. Больше миллиона белорусов за рубежом по инерции обсуждает последние склоки и сплетни от штабов Тихановской, Латушко, Цепкало, Позняка и других фигур прошлого. Они становятся для белорусов, живущих в Беларуси, тем, кем Ивонка Сурвилла – символом чего-то светлого, забытого, не состоявшегося.
И есть ещё путь воина. Пусть силы. Он тоже может быть... И санкции здесь совсем не при чём.
Добро пожаловать в реальность!