Официальному Минску не нашлось места в европейском гнезде

В марте исполнится уже год с тех пор, как было объявлено о старте парламентской ассамблеи Евронест — одной из платформ программы Евросоюза «Восточное партнерство» (ВП). Тем не менее, до сих пор деятельность Евронеста так и не началась. Задержка была вызвана неясностью с представительством Республики Беларусь. Теперь, похоже, решение принято: первое заседание состоится уже вскоре, и пройдет оно без белорусской делегации.

 

В Брюсселе пришли к выводу, что дальше откладывать запуск этой платформы нецелесообразно, пусть даже Евронест приступит к работе не в полном составе. 

Окончательное решение было за конференцией руководителей политических групп Европарламента. 10 февраля она постановила созвать первое заседание ассамблеи без белорусских участников. 

Председатель Европарламента Ежи Бузек выразил надежду, что «это лишь переходное состояние, а не окончательное решение. Парламентарии из Беларуси приветствуются, но лишь когда свободные выборы, признанные всем миром, станут реальностью. Мы должны увидеть там демократический процесс». 

Вкратце напомним суть вопроса. По замыслу, в Евронест должны были войти 60 европарламентариев и по 10 депутатов от каждой из шести стран «Восточного партнерства» — Азербайджана, Армении, Беларуси, Грузии, Молдовы и Украины. 

Однако объединенная Европа не признает Национальное собрание Беларуси легитимным из-за несоответствия последних парламентских выборов демократическим стандартам. В связи с этим предлагались различныекомпромиссные варианты, в том числе разделить белорусские места между официальными депутатами и представителями оппозиции, гражданского общества. 

Понятно, что официальный Минск категорически отвергал все эти инициативы, настаивая на своем исключительном праве представлять страну в Евронесте. К тому же ему удалось заручиться содействием остальных партнеров: парламенты пяти других стран ВП высказались в поддержку позиции белорусских властей. 

Это не вызвало особого удивления. Например, Грузия оказалась на крючке из-за своей заинтересованности в том, чтобы Минск не признавал Абхазию и Южную Осетию. А ряду других стран ВП тоже можно предъявить претензии относительно степени демократичности формирования высших органов законодательной власти. 

Но все это происходило до недавних президентских выборов в Беларуси. Как известно, события, случившиеся в самом конце и по завершении кампании, привели к резкой перемене политики ЕС: настрой на постепенное сближение сменился введением ограничений, причем в невиданных ранее масштабах. Более того, не исключено распространение санкций и на экономическую сферу. 

В подобных условиях крайне маловероятно, что страны-партнеры продолжат твердо придерживаться своей точки зрения относительно необходимости участия в Евронесте именно официальной белорусской делегации. 

Казалось бы, тут появляется новое поле для игры у белорусских демократических сил. В частности, перспектива занять все десять мест в Евронесте, пусть лишь в качестве наблюдателей. 

Но обстановка в среде политической оппозиции отнюдь не благоприятная. Продолжаются расколы ее структур, звучат новые взаимные обвинения. 

И даже если бы европарламентарии попробовали предоставить оппозиции возможность принимать участие в работе Евронеста, едва ли можно было бы с уверенностью утверждать, что ее лидеры сумеют между собой договориться, кого делегировать. Скорее напротив, это могло вызвать новые распри. 

Естественно, такое развитие сюжета с Евронестом особых восторгов не вызывает. Цель «Восточного партнерства» как раз и заключалась в вовлечении соседей ЕС, в том числе Беларуси, в общеевропейские процессы, и выпадение одного из звеньев ее достижению никак не способствует. 

Впрочем, если вспомнить, что нынешний белорусский парламент не только вызывает у Европы претензии в плане легитимности, но и ничего, по большому счету, не решает, то ущерб представляется не таким уж значительным. 

Короче говоря, с учетом всех обстоятельств принятое Европарламентом решение видится, как ни прискорбно, единственно возможным. При этом прогноз на обозримое будущее также вряд ли можно назвать утешительным. Нет признаков, что Минск готов сойти с тропы конфронтации.