Пастухов: Я не верю в нападение Путина на Европу. Мог бы - конечно, напал бы. Но времена другие, Путин – не Сталин, а Россия – не СССР

Пастухов: Такой «домик» можно ведь и на Красную площадь подогнать в виде палатки с мороженым, и из нее полетят «пломбиры» на Мавзолей

Пастухов: Повыв пару недель по-волчьи, Кремль вдруг заюлил лисьим хвостом

Пастухов: Теперь у русских по плану эпохальное наступление с кофе в Харькове и Днепре. Исход этого наступления, видимо, и решит исход войны

Пастухов: В некотором роде современная Россия возвращает нас в эпоху Ивана Грозного буквально, а не аллегорически

Пастухов: Колея Путина пока совпадает с колеёй Трампа. Когда они перестанут совпадать, карета Путина превратится в тыкву и вылетит в кювет

Пастухов: Путин должен определиться в главном - что представляет большую угрозу для существования его режима: прекращение войны или продолжение?

Пастухов: Главная ошибка Путина состоит в том, что он думает, что это будет такая же война, как та, что длилась три года

Пастухов: Давление Трампа разного характера. Зеленскому выкручивают руки под ковром, а Путина искушают упущенной прибылью

Пастухов: «Культ победы» окончательно оформился как новая языческая ересь продажной русской церкви

Пастухов: Угроза Путину вовсе не со стороны шумных «рассерженных патриотов», а со стороны тихой и вроде бы лояльной среды путинского deep stat

Пастухов: Ошибка Путина состоит в том, что он думает, что Трамп думает, как и он

Пастухов: Я явственно ощущаю, как Путин тянет из колоды лишнюю карту. Еще чуть-чуть, и на столе будут все «22»

Пастухов: Возвращение в «Сталинград» было неизбежно. Рано или поздно Путин должен был скормить этот город на Волге своему фан-клубу

Пастухов: Фронт стоит, а с ним стоит и путинская повестка