Профессор Университетского колледжа Лондона Владимир Пастухов — о реакции на встречу Трампа и Путина на Аляске.
– Как легко можно было предсказать, после встречи Путина с Трампом случился страшный вой на болотах. И только Зеленский сохранил спокойствие и выдержку, – пишет Пастухов. – Надо отдать ему должное: умение держать лицо – важное качество, которое не раз ему еще пригодится в ближайшее время.
Формально встреча закончилась самым предсказуемым результатом – то есть ничем сенсационным. Это не значит, что нет результата вовсе.
Взята пауза, в течение которой война будет продолжаться, и стороны будут лихорадочно пытаться улучшить свои позиции «на земле». После паузы – «трёхсторонка». Она может никогда не состояться, но формат обозначен, и согласие сторон есть.
Вой же связан с завышенными ожиданиями. Трамп должен был либо сломить Путина (программа максимум), либо унизить его (программа минимум). Он же не сделал ни того, ни другого.
Реакция поэтому идет в первую очередь на картинку: Путин и Трамп разговаривают «на равных» – нонсенс, абсурд, предательство. К сути происходящего все эти эмоции отношения не имеют.
С неформальной точки зрения встреча прошла успешно, в первую очередь – для американской администрации, которая имеет возможность продвигать свою повестку неспешно.
Трамп без особого сожаления сдал позиции, навязанные ему «извне»: мир с позиции силы и перемирие как условие диалога. Скажем так, не очень старался на эту тему. Вместо этого сосредоточился на том, что ему ближе – на торге.
В этом торге они, судя по всему, выходят на рамочную сделку. То, как эта сделка воспринимается акционерами, не обладающими блокирующим пакетом, этим двоим не очень интересно.
Каковы же рамки?
1. Прекращение огня после согласования основных параметров мирного договора (с этого Путин не слезет).
2. Прекращение войны на платформе раздела зон влияния в Украине. Это взаимный компромисс. Здесь не только Трамп соглашается с легитимизацией оккупации, но и Путин соглашается с тем, что оставшаяся часть Украины будет ему неподконтрольна (по крайней мере, сейчас).
3. Переход одновременно с прекращением войны к деэскалации в двусторонних отношениях на основе принципов, напоминающих Хельсинские соглашения минус права человека. Это можно назвать разрядкой, перезагрузкой, нормализацией.
4. В рамках «нормализации» Трамп выписывает Путину индульгенцию и возвращает его в легальный политический оборот. Частью этого процесса является существенное ослабление санкций. Как только подобие мира будет установлено, вовсю заработает не только money laundering machine, но и political laundering machine.
Что в «серой зоне»? Прежде всего, два вопроса: о границах раздела (Путину нужен весь Донбасс) и о гарантиях безопасности для всего оставшегося (Путину хотелось бы, чтобы их не было).
Эти вопросы они и будут утрамбовывать в течение ближайшего времени. За месяц должны, в принципе, справиться, чтобы встретиться где-нибудь в Ватикане в середине сентября и сообразить мир на троих.
Что здесь не так? Все так, кроме того, что Америка нарушила заповедь Экзюпери – она больше не хочет нести ответственность за тех, кого приручила...
Добро пожаловать в реальность!