Политолог Александр Баунов – о российском и советском взглядах о принадлежности украинских земель к России.
– Говорят, что присоединение украинских территорий к России поддерживают советские поколения, для которых это исконно русская земля, – пишет Баунов. – Ну допустим я частично советское поколение, из тех, что закапывало по пионерлагерям капсулы времени для комсомольцев 2022 года (выкопали, прочли?), и именно как представитель этих самых советских людей упустил момент, когда Запорожье стало исконно русской землей.
Ну там допустим, нашли аргументы оспорить принадлежность Крыма, что-то накопали для Донбасса, хотя мамин полученный в 50-е годы диплом Луганского сельхозинститута на двух языках, как и прочие рассказы о тамошней жизни, не оставляли сомнений, что Луганск и тогда не был тождественен Ярославлю, хоть и говорил на русском, дразня приезжих за твердый «г». Но Запорожье-то когда?
Все детство и юность именно Запорожье для меня и окружающих и само по себе и всей силой популярной культуры было чем-то показательно украинским — казаки пишут султану, Тарас Бульба, сечь, тиха украинская ночь, чубы, Кочубеи — вот это все было для советского человека Украиной, несмотря на индустриализацию.
«Козаки сошли с коней своих, взошли на паром и чрез три часа плавания были уже у берегов острова Хортицы, где была тогда Сечь».
То есть как раз для городских запорожцев времен позднего СССР этот образ мог быть забавен, но для жителей Волги, вроде меня, Сибири, Балтики, Тихого океана – там и была самая что ни на есть Украина.
И когда советский инженер с Урала ехал на завод в Запорожье, он четко осознавал, что едет на Украину.
И вдруг людям говорят — это исконно русская земля, и многие кивают: «Ну да, она, как я сразу-то не узнал. Вот и хата родная белеет с краю». Это уже не советская ментальность. Советская предполагала украинское Запорожье. Это какая-то другая.
И какова тогда концепция русской земли? Это любая советская, а если не любая, то где кончается? А, похоже, нигде.
Добро пожаловать в реальность!