Если бы Путин оставался только про деньги, то его режим был бы сметен с лица земли 10-12 лет тому назад, пишет политолог Владимир Пастухов.
Но он уже давно не только про деньги и даже в основном не про деньги (хотя бы потому, что денег у них по самое не хочу). Меркантильная философия петербургских подворотен, пережив несколько злокачественных мутаций, соединилась с одной из наиболее одиозных и поэтому, увы, одной из наиболее распространенных версий «русской мечты» - мечты о величии Ивана-дурака, сидящего на печи и всех имеющего по щучьему велению. Путин в глазах русской черни и сам стал на время такой щукой, которая достает по его хотению из ведра то Крым, то Новороссию, а то и саму Европу.
Путин в духе тех самых 90-х, из которых он вырос, приватизировал не только русскую власть, но даже сам русский миф. Миф нельзя вытеснить из сознания рациональными аргументами, по крайней мере быстро. На это может потребоваться несколько десятилетий, если не столетий. Миф убивается быстро только другим мифом. Нужна достаточно длительная заместительная терапия. Грубо говоря, сначала массы надо пересадить с идеологического героина на какой-нибудь метадон, а потом упорно менять их общие условия жизни таким образом, чтобы сказка о трех поросятах с ее позитивным и трудолюбивым главным героем заходила лучше, чем эпос про щуку.
Если серьезно, то Россия нуждается сегодня не столько в какой-то чудо-программе какого-нибудь чудо-спасения, сколько в альтернативной русской мечте. Та агрессивная и жестокая ностальгия по утеряному имперскому величию, которую Путин так мастерски подцепил и превратил в инструмент манипулирования массовым сознанием, отнюдь не является безальтернативной и не исчерпывает душевных свойств русского народа, как германский нацизм не исчерпывал душевных свойств немецкого народа. Увы, чем мощнее культура народа, чем дальше вглубь веков уходят ее корни, тем больше может быть амплитуда ее взлетов и падений.
Сейчас русскую цивилизацию бросили под колеса войны. Но это не значит, что она никогда больше не обретет крыльев. Просто ей надо дать другую мечту, возвышенную, а не низменную.
Добро пожаловать в реальность!