Письма к дочери — о компромиссе, предложенном всему коллективному Западу.
Вот уже прошло три дня как контрабанда в Литву не летает. И смотри, какое удивительное и совершенно, конечно, случайное получилось совпадение — вот Литва закрыла границу, и контрабанда сразу перестала летать. То есть, закрытой границей и добрым словом можно добиться гораздо большего, чем просто добрым словом.
Правда, открыть границу это что-то не помогло. Наоборот. Литва 29 октября решила ее закрыть на месяц. Но, с другой стороны, еще буквально 27 октября Литва думала закрыть границу на неопределенный срок. А месяц все-таки лучше неопределенного срока. Поэтому получается, что все-таки помогло. Но не до конца.
И есть у меня смутное ощущение, что это истекающий гарант немножко постарался своими дипломатическими дарованиями. Потому что решил, внести, как говорится, лепту в нормализацию и деэскалацию. Хотя лучше бы он, конечно, эту лепту себе оставил.
Но он не оставил. Потому что закрытая граница жмет, давит на центры принятия решений и склоняет к неконтролируемым вербальным интервенциям.
Поэтому кое-кто 28 октября решил лично извиниться перед литовцами за контрабанду. В своем, неповторимом стиле, конечно. Во-первых, объяснил, что литовцы сами во всем виноваты. Ваша контрабанда, вы со своей контрабандой и разбирайтесь.
Во-вторых, сказал, что он никого этой контрабандой не хотел персонально обидеть. Никаких, упаси Боже, гибридных войн. Чисто бизнес. Ничего чрезвычайного, обычная контрабанда. Короче, пустяки, дело житейское и незачем закрывать границы.
А, а в-третьих, так прямо и сказал, что он извиняется. Ну как извиняется? Как умеет, так и извиняется. Вы хотите, чтобы я извинился? Так я, конечно, дико извиняюсь…
В общем, если ты вдруг не поняла, что все это были извинения, то не расстраивайся. Литовцы, как я понимаю, извинений тоже не уловили. Вместе со всей остальной целевой аудиторией.
Потому что кое-кто занимался деэскалацией не только на литовском направлении. Кое-кто предложил компромисс сразу всему коллективному Западу.
Сказал: вы мне отменяете санкции, а я за это вам сделаю… ничего. Потому что я ни в чем не виноват и никому ничего не должен. А тем, кому должен, никогда не прощу.
И я просто теряюсь в догадках, почему коллективный Запад не оценил этих компромиссов. Возможно, во всем виноваты трудности перевода, которые помешали уловить всю красоту дипломатического маневра. Потому что истекающий гарант ни в чем не может быть виноват. Он сам так сказал.
Хотя, конечно, лучше бы ему этого было не говорить. И вообще помолчать. Просто для разнообразия подержать свои вербальные интервенции внутри себя. Но кое-кто же не просто так себе гарант.
Кое-кто — гигант геополитической мысли и отец альтернативной демократии. Ему телевизор это давно объяснил. А телевизор же врать не будет. Поэтому держать свои вербальные интервенции внутри себе кое-кто не умеет.
А с другой стороны, какие у него еще остались радости в этой жизни, кроме неконтролируемых вербальных интервенций?
Добро пожаловать в реальность!