Информация об одобрении комитетом Госдумы по делам СНГ кандидатуры Бориса Грызлова для назначения новым послом России в Беларуси породила невероятное количество теорий, пишет бывший посол Беларуси в Словакии Игорь Лещеня.
Иногда - причудливо конспирологических, которые не поддаются проверке и в которые нужно просто верить. Но…. верить, наверное, надо во что-то высокое светлое и того заслуживающее. А по жизни парламентское согласование – один из важных заключительных этапов подготовки назначения посла незадолго до подписания соответствующего Указа. Обычно это означает, что агреман (в данном случае – согласие Беларуси на назначение) уже получен.
Анонс предстоящего назначения посла - прием довольно редкий. Очевидно, что слив информации в Госдуме был согласован с «соответствующими инстанциями». И получается, что эта информация должна была впечатлить явно не официальный Минск.
Если в Минске этим шагом и впечатлились, то даже не на этапе получения запроса на агреман. С учетом политического и номенклатурного веса кандидата такому запросу наверняка должна была предшествовать устная договоренность на уровне первых лиц.
Если и не впечатлиться, то принять к сведению сей шаг должен был «коллективный Запад»: мол, хотя «разборки» идут по Украине, но Беларусь - точно наша.
Смежные вопросы внешней политики - это как сообщающиеся сосуды.
Кремль почувствовал «СРОЧНУЮ необходимости представления … гарантий» не расширения НАТО на Восток. Публично поставил вопрос о договоренности с США и НАТО по зонам влияния. Как здесь не сделать акцент на «нашести» государства, которое невозможно представить «не нашим»?
Есть своя логика в предсказаниях, что вот-де Грызлов сейчас как повысит реализацию 28 союзных программ. Роль личностного фактора нельзя недооценивать.
И, кстати, 23 декабря президент России, говоря о синхронизации антимонопольного, налогового и таможенного законодательства, обмолвился, что «обо всём этом договорились – договорились и сейчас НАЧНЕМ работать». Значит, у него отложилась мысль, что пока не сильно там что-то начато.
Да, Грызлов сможет говорить лично с Путиным. Но слишком многое напрямую решается именно между Путиным и Лукашенко. Послы играют не самую важную роль в системе белорусско-российских связей, в которую с обеих сторон вплетены сотни чиновников и управленцев высокого уровня.
И поэтому различные газовые и сельскохозяйственные войны, а также иные неприятности не испортили карьеру ни одного из послов Беларуси в России. А что касается послов России… Ну, если только кто-то публично слишком близко к сердцу брал финансовые расчеты…
Конечно, были свои нехитрые бюрократические ноу-хау.
Посол России Бабич имел также статус специального представителя Президента России по развитию торгово-экономического сотрудничества. В течение двух лет одновременно в Москве сосушествовали посол Беларуси Григорьев и Полномочный представитель президента Республики Беларусь по отношениям с Россией и вопросам интеграции в статусе заместителя премьер-министра Долголев. Но практика показывает, что такие временные должности высокого уровня вносят некую сумятицу в сложившиеся бюрократические системы.
В грядущем назначении Грызлова самым важным представляется сам факт назначения. Это – символ особого статуса двусторонних связей. И КПД этого назначения, очень может быть, этим самым символизмом и ограничится.
И не только для внешнего потребления.
Добро пожаловать в реальность!