С учетом провала российско-белорусского саммита в Сочи (22.03.21), белорусское руководство активизировало поиск новых спонсоров, пишет российский политолог Андрей Суздальцев.
Напомним, что провал встречи руководителей двух «союзных» стран произошел исключительно по вине А. Лукашенко, явившегося в южную столицу России с перечнем требований, соразмерных с контрибуцией. На этом фоне в белорусском и российском информационных пространствах вновь стала актуальной тема стратегического сотрудничества и партнерства между Республикой Беларусь и Китайской Народной Республикой.
Напомним, что не в первый раз в Минске пытаются актуализировать тему едва ли не «братства» с далекой восточноазиатской державой. Но с учетом важности отношений между РБ и РФ, очередное обращение в Беларуси к «китайской теме» является индикатором сложностей, с которыми сталкивается А. Лукашенко в Москве/Сочи.
Белорусское руководство всегда придавало отношениям с КНР первостепенное значение. Помимо чисто экономического интереса к необъятному китайскому рынку (до настоящего времени товарооборот между РБ и КНР остается почти символическим – не более 3 млрд. долларов с огромным, до 90% негативным сальдо Беларуси), Минск решал в Пекине целый комплекс своих проблем за чужой счет:
- белорусское руководство, видя в Китае второго, а то и первого после России спонсора белорусского авторитаризма, до настоящего времени готово идти на все возможные уступки Пекину во всех сферах: от военной, где для китайцев нет никаких тайн, до миграционной;
- белорусское руководство пытается запустить политику балансирования в «треугольнике»: Минск-Пекин-Москва, противопоставляя сотрудничество с КНР союзным отношениям с Россией. Все это подается в обычном для Минска «колхозном» формате: «Ну а что нам остается делать, когда Россия не может нам предоставить нужные технологии и кредиты…». При этом подразумевается, что Россия обязана беспрекословно все предоставлять и всем обеспечивать Беларусь по ее желанию…
Так как после февральского саммита и в преддверии «Весеннего наступления» поддержка со стороны Москвы ограничилась пропагандой федеральных каналов, интерес и внимание администрации А. Лукашенко к КНР растет. На Пекин смотрят, как на единственную надежду.
Однако при этом в Минске умалчивают, что за весь период белорусского политического кризиса Пекин не проявил никакой активности в плане защиты режима А. Лукашенко.
Такая пассивность «братского» Китая объясняется с тем, что китайское руководство внимательно наблюдает за политикой Москвы в отношении белорусского кризиса и не предпримет ничего на «белорусском векторе», что могло бы навредить российско-китайским отношениям. Иными словами, отношения Пекина и Минска находятся в прямой зависимости от взаимопонимания между Пекином и Москвой.
Кроме того, играет свою роль и традиционная осторожность Китая на международной арене. Политическая ситуация в РБ нестабильна и несмотря на то, что КНР первой признала итоги президентских выборов 9 августа 2020 года, на китайское руководство огромное впечатление произвели народные выступления в Беларуси с августа по ноябрь прошлого года. Имея «на руках» кризис в Гонконге, Пекин не будет рисковать в небольшой стране, где быстрорастущая китайская община и китайские инвестиции пока не достигли уровня, подталкивающего руководство КНР к принятию стратегических решений в пользу режима А. Лукашенко.
Мнение автора может не совпадать с точкой зрения редакции.
Добро пожаловать в реальность!