Десятки тысяч белорусов подверглись политическому преследованию после мирных протестов 2020 года, у многих силовики произвели обыски. Издание «Медиазона» собрало свидетельства людей, у которых после обысков исчезало имущество.
У одного собеседника издания во время обыска забрали деньги и технику. Когда после следствия и суда родственникам возвращали изъятое, те не досчитались 2 тысяч долларов.
«На каком этапе деньги исчезли, не могу сказать, был в колонии. Сумма серьезная. Однако когда ты находишься там, ты боишься за родных. А когда я освободился, не хотел привлекать внимания. Пойду в милицию качать права? Не дай бог опять уголовное дело. Ну, ребята, пусть на вашей совести будет», – говорит мужчина.
Еще один активист утверждает, что потерял $ 20 000, которые хранил в сейфе в гараже на «черный день». По его словам, милиционер, который делал опись, показал понятым только кольцо и старый крестик, что там были:
«То есть по описи денег якобы и не было. Потом они так и не нашлись».
Жертвой грабителей в погонах стал и христианский проповедник Сергий Мельянец. Когда его задержали, в его рюкзаке было 300 рублей, а в описи указали 5 рублей. Остальное исчезло.
Бывший политзаключенный Константин Карней вспомнил, что из квартиры после обыска исчезли несколько дисков с играми для PlayStation, родительские часы и духи девушки – наполовину пустой флакон «Сhanel №5».
Об исчезновении имущества во время обыска рассказывал и политзаключенный Николай Дедок. Он жаловался на это в суде:
«Полагаю, что камеру, штатив, часы и тысячу рублей украли работники ГУБОПиК, воспользовавшись тем, что я большую часть времени ничего не видел, так как лежал лицом в пол. Во-вторых, я был дезориентирован и не мог внимательно читать перечень изъятого».
Постулат «иногда не до законов» испытала на себе и певица Мерием Герасименко, у которой провели обыск, когда она была в СИЗО. После освобождения артистка не нашла дома золотых сережек и кулонов и дорогого алкоголя.
Впрочем, представитель объединения бывших силовиков BELPOL Владимир Жигарь назвал «исключением, но не правилом» исчезновение вещей во время обысков. А правозащитник Леонид Судаленко советует контролировать все, что делают силовики, читать опись перед тем, как подписать:
«Деньги не могут исчезнуть. Забрали один рубль – он записан в протоколе. Если забирают без протокола, то потом трудно будет доказать, что забрали и не отдали».
Добро пожаловать в реальность!