Слово о Викторе Цое

Виктор Цой (он, между прочим, Виктор Робертович, но мало кто об этом помнит) родился 21 июня 1962 года в Ленинграде. Погиб на латвийском шоссе, то ли заснув за рулем, то ли отвлекшись от дороги на переставление кассеты в автомагнитоле. Нелепость, она же трагедия, она же несправедливость. Глобальная несправедливость жизни и смерти для его поклонников. Несколько наиболее ярых фанатов даже покончили с собой от потрясения. Некоторые до сих пор не могут смириться.

Тем не менее, мир отпускает только тех, кто выполнил свое предназначение (что бы мы, живущие, об этом ни думали). Цой свое – выполнил и перевыполнил. О нем сказано много пафосных и красивых слов (трагедия и пафос вообще идут рука об руку), не будем повторяться и впадать в патетику.

Склонный к мистике Игорь Тальков, еще один погибший музыкант, объявлял Цоя проводником неких светлых сил и говорил, что темные силы погубили Виктора. Умерший годом позже Цоя фронтмен «Зоопарка» Майк Науменко высказался более жизненно, цинично и горько: «В нашей стране желательно погибнуть, чтобы стать окончательно популярным».

В каком-то смысле, каждый умирает вовремя. И туго приходится тем, кто пережил свою славу. Цой ушел на взлете, достигшим вершины и непобежденным, не потерявшим своего ореола романтического героя – и именно поэтому до сих пор встряхивает нас и возвращает вкус бесшабашной юности. 50-летнему музыканту (далее – 60-, 70-летнему) сделать это было бы сложно. Но человечеству нужны и романтики, и герои. Поэтому будем радоваться тому, что Цой был – и остался. Остался в нашей памяти таким, каким он больше всего нам нравился.