В общем и целом основная сценарная линия русского мира на ближайшее десятилетие прослеживается достаточно определенно. Конечно, не факт, что будет реализована именно основная, а не какая-нибудь боковая линия, но пока этими боковыми линиями можно пренебречь как гораздо менее вероятными, пишет политолог Владимир Пастухов.
Для России характерен «маятниковый» стиль эволюции. Она движется от крайности к крайности. При этом, чем дальше отклоняется маятник в какую-то одну сторону, тем мощнее он потом уйдет в противоположную. Сейчас маятник вообще застрял, можно сказать, в крайнем правом положении. Значит, без вариантов, он пойдет на следующем такте истории влево, причем так мощно пойдет, что может и стойку повести.
Это вопрос решенный, практически безальтернативный. Точнее, есть альтернатива в виде самоубийства режима вместе с планетой, но эту опцию я выношу за скобки как аналитически бесполезную - если все убьются, то и считать незачем. Неясность только со сроками. Из предыдущего опыта нам известно, что, пока жив диктатор, возвратное движение маятника начинается крайне редко (ну, в случае поражения в войне, конечно, может быть). Но также известно, что при уходе диктатора удерживать маятник в его крайнем, отведенном до упора положении становится очень затруднительным. Так что весь этот цирк с конями дан России, скорее всего, на срок жизни Путина. Он, однако, не вечен, и после него начнется другой цирк, с “сеансом разоблачения” в булгаковском стиле. В этот момент Россия столкнется с «проблемой 1956».
Одной из сложнейших проблем, которую в будущем придется решать, станет возвращение способности к критическому мышлению у десятков миллионов людей. Рано или поздно в России случится новый “ХХ-й Съезд», и какой-нибудь лысый преемник расскажет в гробовой тишине зала, сначала при наглухо закрытых дверях, об ошибках и заблуждениях вождя, а чуть позже, но уже громко и для всех, назовет все это преступлениями против русского народа. И как народ? А народ будет вытирать слезы и спрашивать: “Как же нам жить теперь?!».
У меня есть семейная история. Когда умер Сталин, моя мама, которой было чуть за 20, пережившая войну и все такое, вся в слезах пришла домой с портретом Сталина и попыталась водрузить его на стену. Дедушка, чудом избежавший репрессий (впрочем, их не избежал его брат), увидев это неподдельное горе, мрачно сказал: «Убери немедленно. Слава Богу, сдох, сволочь». Маме, чтобы понять, почему он сволочь, много времени не понадобилось; другие дожили до Путина, так ничего и не поняв.
В общем, уже сегодня надо начинать потихоньку задумываться над тем, как именно рассказать правду о времени и о себе многоуважаемым товарищам потомкам. Иначе товарищ Сталин-Путин задержится в России надолго.
Добро пожаловать в реальность!