Нынешний кризис в отношениях с Россией так основательно вошел в повестку дня американской прессы, что за деталями переговоров и угроз теряется центральный парадокс. Путин готовится воевать не с Западом, не с Америкой, а с Украиной.
Одна держава на глазах всех остальных взяла в заложницы другую, как хулиган, угрожающий свернуть голову пойманной птичке, если ему не дают того, чего он хочет.
Защита украинцев, которых тот же Путин называет братьями, стала задачей свободного мира, и это обстоятельство одновременно возвращает Америку к политике холодной войны и вносит в прежнюю ситуацию новый поворот.
На первый взгляд Путин, одержимый грезой о возвращении в Советский Союз, своим поведением цитирует доктрину Брежнева. Как известно, тот, вводя войска в тоже «братскую» Чехословакию, объявил своей ту землю, на которую ступал сапог советского солдата.
В рамках этих реликтовых представлений возможная война в Украине продолжит череду интервенций, каждая из которых душила свободу очередной жертвы и откладывала на поколение бегство из советского лагеря.
Но, как бы ни хотелось Путину вернуться в прошлое, вплоть до Ялты 1945-го, ситуация радикально изменилась. Россия осталась одна, все бывшие союзники стали соперниками. Они-то как раз больше всего её боятся и, если говорить прямо, ненавидят.
Причем в этом виноват только и именно Путин. Каждый его геополитический ход порождает новых врагов и укрепляет старых. Я почти полвека живу в Америке, которую, по словам московской пропаганды населяют русофобы, но на самом деле я знаю только одного — и он в Кремле.
Пожалуй, главное, чего Путин добился этим кризисом, — это небывалое единство Запада. Кремлёвское единоборство с НАТО можно представить в виде сеанса одновременной игры на 30 досках, где все играют в шахматы, а один в «Чапаева».
Каким бы ни был исход этого поединка, ясно одно: у Запада не осталось надежд на разумное, обоюдовыгодное сотрудничество с путинским режимом. И это возвращает смысл самому существованию НАТО. 70 лет этот уникальный в истории союз спасал мир от советской агрессии, сейчас он опять стал необходимым, чтобы защитить себя от Путина.
Ещё совсем недавно в необходимости НАТО сомневались многие, причём не на Востоке, а на Западе. Дональд Трамп высмеивал НАТО и угрожал, что США покинут организацию, оставив Европу на произвол судьбы по имени «Путин».
Благодаря последнему эта организация не только вернула себе старый и заслуженный статус, но и стала притягательной для стран вроде Швеции, которая блюла свой нейтралитет со времен Наполеона.
Схожая ситуация и в США. Аналитики подозревают, что Путин затеял кризис, рассчитывая на разобщенную Европу и — в особенности — на расщепленную суровой партийной борьбой Америку.
И ведь действительно в стране, где республиканцы и демократы до сих пор не могут договориться о результатах последних выборов, царит опасная рознь.
Но и её не сумела использовать поразительная по близорукости политика Путина. Готовность к отпору демонстрируют обе партии, упрекая друг друга в недостаточно суровых санкциях, о которых Вашингтон предостерегает Москву.
Как пишет обозреватель либеральной New York Times Брет Стивенс, к сегодняшнему столкновению привели ошибки президентов из обеих партий.
Угрозу Путина недооценивал и республиканец Джордж Буш-младший, разглядевший в его глазах душу, и демократ Барак Обама, высмеивавший своего трезвого соперника Митта Ромни, который предупреждал Америку о первостепенной опасности кремлевского реваншизма, и популист Трамп, пытавшийся отменить санкции, и даже демократ Джо Байден, который, хоть и назвал Путина убийцей, до последних дней пытался его умиротворить.
Сегодня иллюзий не осталось: второй холодной войны не избежать. Но, в отличие от первой, противником Запада выступает не сверхдержава, вооруженная не только атомным, но и идеологическим оружием, не коммунистический лагерь с согнанными туда сателлитами и даже не Политбюро с его подковерной борьбой фракций, а одинокий президент, запершийся в бункере и никому не раскрывающий своих планов.
Возможно, именно здесь нужно искать разгадку той тайны, которая мучает стоящий на ушах мир: что, собственно, будет? Похоже, этого не знает никто, и этот принцип геополитической неопределенности, позволяющий одному человеку наслаждаться властью над будущим, приносит Путину психологическое удовлетворение и служит вознаграждением за все унижения и обиды, которые он много лет считает.
Не исключено, что обострение этих симптомов связано с надвигающимися Олимпийскими играми, которые стало все труднее выигрывать без государственного допинга — даже в форме СССР.
Добро пожаловать в реальность!