«Возможно, Юру кто-то подтолкнул к самоубийству». Фото

Напомним, Юрий Гуменюк упал с девятого этажа общежития, недалеко от своего дома.

– Мы работали вместе с Юрием три или четыре года на радио «Рацыя», – рассказала «Салідарнасці» журналистка Тамара Щепеткина. – Он в Гродно, я в Березе. Юра был прекрасным, талантливым журналистом, работал над темами культуры и делал их просто захватывающе.

По словам журналистки, Юрий Гуменюк очень тяжело переносил несправедливость.

– Какие-то критические ситуации на него сильно влияли, он был как оголенный провод, имел тонкую натуру, – вспоминает собеседница. – То, что происходит в Беларуси сейчас, всегда было для него страшным испытанием. Возможно, его кто-то подтолкнул к такому решению. Не буквально, в спину, а словом, действием. И он просто не выдержал.

Тамара Щепеткина вспоминает, что когда они с Юрием общались, для трагедии не было причин.

– Юра пропал на три недели и я не предполагала, чем это может закончиться. Если бы был повод для беспокойства, я бы сама нашла его, и, возможно, трагедии не случилось бы, – уверена журналистка. – Мы всегда находили какой-то оптимистичный взгляд на жизнь, выход из ситуации. У него всегда была возможность плыть по жизни дальше. Более того, у Юры были вполне конкретные планы. Он собирался делать новую программу на радио «Рацыя». Я удивлена, конечно, что произошло такое несчастье.

По словам собеседницы, Юрий Гуменюк очень любил и ценил свою маму.

– Наши разговоры были частыми, и он каждый раз говорил о маме. Всегда о ней волновался и говорил, что ему тяжело будет жить, если она уйдет. А вышло наоборот. Мы потеряли доброго искреннего и прекрасного человека. Думаю все же, что кто-то, или что-то подтолкнуло его к этому решению. То, что он не собирался прощаться с жизнью – это однозначно. Видимо, было что-то, что его сильно взвинтило, заставило потерять равновесие, – подытожила собеседница.

– Ушел очень искренний и порядочный человек. Говорить о возможных причинах трудно – такая разбежка версий, – отметил гражданский правозащитник Владимир Хильманович. – Невосполнимая утрата для Гродно, для поэзии и журналистики. Не берусь делать выводы, но на Юре была какая-то печать трагизма в последнее время. С другой стороны, у него были вполне конкретные творческие и профессиональные планы, так что решение уйти из жизни было непредсказуемым.

По мнению собеседника, вопросы к причинам произошедшего остались.

– Может это отметка судьбы и таланта поэта. Но если выяснится, что был суицид, то, думаю, невольный, под психологическим воздействием. В любом случае, я бы не стал искать в этой трагедии политику, – считает собеседник.

– Юра был великим талантом в поэзии, а поэт, это всегда оголенные нервы, – отметил гродненский журналист Анджей Почобут. – Я бы не спешил с выводами. Нет общей картины трагедии. Со слов тех, кто видел Юру и разговаривал со свидетелями произошедшего, не все ясно. Он был по-детски непосредственным, и ему трудно жилось, как это часто бывает с талантливыми людьми. Если в произошедшем не окажется политических причин – не стоит их притягивать специально, – поделился мнением журналист.

– Ведь он смаковал этот момент, что из жизни надо уходить тогда, когда ты эмоционально готов к этому. Красиво, манерно, – цитирует главного художника Гродненского областного драматического театра Алеся Сурова «Радыё Свабода». – Он просто это всегда шлифовал в своем творчестве. Поэтому я не удивлен был этим всем, не удивлен. Еще раз думаю: его самоубийство – от тупикового состояния поэта.