30 ноября Верховный Суд признает Дмитрия Коновалова и Владислава Ковалева виновными в теракте в минском метро и вынесет легко предсказуемый приговор. Однако официальная версия случившегося по-прежнему вызывает сомнения у многих белорусов.
Общенациональный опрос, проведенный НИСЭПИ в сентябре, показал, что только 21.2% респондентов верят в то, что преступление было совершено «террористом-одиночкой и его пособником, за которыми никто не стоял». Еще 32,4% белорусов полагают, что Коновалов и Ковалев причастны к взрыву в метро, но за ними стояли заказчики. И, наконец, 36,7% считают, что этот теракт на совести других людей.
Процесс над Коноваловым и Ковалевым едва ли развеял подозрения скептиков. Позиция гособвинения не убедила даже выступивших в суде потерпевших. В этой связи заместитель генерального прокурора Алексей Стук не нашел ничего лучшего, чем сказать: «Мне жаль, что люди не совсем правильно восприняли доказательства».
Доказательная база по этому делу основывается на признательных показаниях Коновалова и Ковалева (последний отказался от них во время судебного разбирательства), отпечатках пальцев Коновалова на неразорвавшейся «бомбе», найденной в 2008 году в Минске и ряде косвенных улик. Контрдоводы адвокатов обвинение парировало вяло, так и не озвучив ни сколь-нибудь убедительного мотива преступления, ни объяснения тому, почему на теле и одежде террориста не найдено никаких следов взрывчатых веществ, ни аргументов по другим позициям, вызывающим сомнения.
Косвенным свидетельством того, что гособвинение оказалось не на высоте, стало интервью «человека, близкого к следствию» порталу interfax.by, впоследствии заботливо перепечатанное «Советской Белоруссией». Надо полагать, пожелавший сохранить анонимность источник вышел на сцену именно потому, что судебный процесс породил куда больше вопросов, чем снял.
На суде мотивом обвинения называлось желание Коновалова «дестабилизировать обстановку в Беларуси». Эта казенная формулировка вызывала, скорее, скепсис. Зачем сие нужно было витебскому токарю не объяснялось.
Собеседник interfax.by поясняет, что Коновалов хотел войти в историю, как первый террорист в Беларуси. То есть обвиняемый страдал своего рода комплексом Герострата. В самом деле: если есть дети, которые хотят стать космонавтами, почему в наше время не могут появиться отроки, желающие прославиться в качестве террористов?
Это предположение, по крайней мере, интереснее того, что прозвучало на суде. При его помощи можно объяснить многое в поведении главного обвиняемого. Получается, что он действовал по хорошо знакомому многим принципу: «Я дерусь потому, что я дерусь».
Но почему тогда сам Коновалов в первые дни после ареста твердил про «дестабилизацию обстановки в Республике Беларусь» и намерение «посеять страх, панику»? «Человек, близкий к следствием» говорит, что Уголовный Кодекс, имевшийся у обвиняемого, буквально замусолен именно на той странице, где находится ст.289 «Терроризм». Исходя из этого делается вывод, что Коновалов самостоятельно выучил формулировку статьи и впоследствии использовал ее во время допросов. Однако «Салідарнасць» ранее уже обращала внимание, что обвиняемый буквально цитирует слова председателя КГБ Вадима Зайцева. Именно шеф госбезопасности еще до задержания Коновалова и Ковалева говорил, что преступники хотели «посеять страх, панику». В тексте вышеупомянутой статьи такого речевого оборота нет.
Еще одной находкой хорошо информированного анонима стал аргумент, связанный с признательными показаниями Ковалева на следствии. Как известно, второй обвиняемый на суде отказался от них, заявив, что говорил под диктовку оперативников. На что собеседник interfax.by: «Ну зачем силовикам "вешать" на Коновалова дело, по которому уже осуждены люди (взрыв киоска "Союзпечати")! Ведь это свидетельствует о том, что следствие тогда проведено некачественно, что полетят погоны, люди лишатся своих постов». Действительно, вроде как незачем?
Однако на основные вопросы “серый обвинитель” безапелляционных ответов так и не дал. Он вообще никак не объяснил, почему на теле и одежде Коновалова не обнаружены следы взрывчатых веществ, частиц гари и копоти, которые должны были остаться, присутствуй он на месте теракта.
И, кстати: ПОЧЕМУ ТАК И НЕ НАШЛОСЬ НИ ОДНОГО СВИДЕТЕЛЯ, КОТОРЫЙ ВИДЕЛ БЫ КОНОВАЛОВА НА “ОКТЯБРЬСКОЙ” 11 АПРЕЛЯ?
Сверхскоростное задержание Коновалова “человек, близкий к следствию” прокомментировал так: оперативники отсмотрели записи камер видеонаблюдения, вычислили подозреваемого, распространили его описание: “одежда, рост, возраст, характерная сутулость”. А потом правоохранительным органам просто повезло. 12 апреля Коновалов вышел в магазин и столкнулся с операми, которые его опознали. Остальное было делом техники.
Вот только и Владислав Ковалев, и Яна Почицкая, находившаяся вместе с обоими подельниками и которую теперь называют “главным свидетелем обвинения”, утверждают, что 12 апреля квартиру, где они проводили время, никто не покидал. Зачем им лгать?
Хватает в позиции обвинения и других нестыковок. В то же время утверждения Владислава Ковалева и его адвоката Станислава Абразея о полной непричастности Дмитрия Коновалова к взрыву в метро также представляются весьма спорными. Первый вопрос: зачем Коновалов бросил работу и приехал в Минск? Причем именно накануне теракта? Совпадение? Не слишком ли странное с учетом ряда иных обстоятельств?..
“Если вы будете видеть, что недостает каких-то фактов для того, чтобы сказать, что да, ты преступник, и ты должен идти в суд, лучше отойти от обвинения. Но ни в коем случае нельзя "натягивать", как это бывает, меньше у нас, больше в других странах, и определять, что мы проблему решили, преступника нашли”.
Эти слова, сказанные Александром Лукашенко 28 ноября на встрече с руководством Следственного комитета, как нельзя лучше проецируются на трагедию в минском метро. Целый ряд обстоятельств остался так и не выяснен.
По моему мнению, оптимальным решением в сложившейся ситуации стало бы возвращение дела на дополнительное расследование. Увы, такой вариант решения суда выглядит фантастическим. Высокопоставленных лиц вполне устраивает признание Коноваловым своей вины и его готовность, чуть ли не желание быть расстрелянным. Вот только доверия к власти вся эта история явно не добавит.
Добро пожаловать в реальность!