Политолог Александр Фридман бъясняет отсутствие личной реакции Владимира Путина на ситуацию вокруг Николаса Мадуро.
— The New York Times задаётся вопросом, почему Владимир Путин так и не отреагировал лично на захват власти Николасом Мадуро, — пишет Александр Фридман. — Эксперты издания называют несколько причин: ослабление позиций России на мировой арене из-за концентрации ресурсов на украинском направлении; отсутствие у Москвы реальных рычагов влияния на венесуэльские власти и возможностей помешать их сближению с США; а также нежелание вступать в конфликт с Дональдом Трампом из-за Венесуэлы в надежде получить более выгодные договорённости по Европе и Украине.
В целом это справедливо, однако есть ещё один момент: от публичного комментария по поводу Мадуро Путин может только проиграть. По этой причине на первые роли выходят малозначительные спикеры.
Всё, что Кремль хотел сказать по поводу Венесуэлы и Мадуро, озвучил — пусть и с опозданием — Александр Лукашенко, которого и без того в Вашингтоне считают одним из голосов Путина и которому не привыкать ассистировать «старшему брату».
Добро пожаловать в реальность!