Политический аналитик Артем Шрайбман в своем телеграм-канале подвел итоги первого дня конференции демократических сил «Новая Беларусь», которая стартовала 8 августа в Вильнюсе.
Вывод первый
Мирный протест в демсилах концептуально похоронен. Два года назад дурным тоном было говорить про силовое сопротивление. Сегодня это мейнстрим, адвокатам силового решения больше никто не возражает. Очевидно влияние войны на дискурс.
Были только робкие (и, на мой взгляд, совершенно справедливые) замечания от Лебедько, что ставка на силовую стратегию оппозиции резко сужает ее потенциальную аудиторию, и осторожные намеки от Вячорка, что никаких (ни людских, ни дипломатических, ни финансовых) ресурсов на автономную армию просто нет.
Вывод второй
Когда создадут кабинет, я не знаю, но важнее вопрос, чем он будет заниматься таким, чем не могли заниматься все будущие «министры» до сих пор. Если не найти, чем управлять, кабинет Тихановской будет лишь временным успокоительным для его участников.
А потом, по истечении первого отчетного периода, если ничего не изменится — ни Лукашенко не будет признан нигде террористом, ни армия не будет создана, ни сам кабинет никто таковым не признает, ни один новый пакет санкций не удастся продавить — начнется взаимное тыканье пальцами и поиск виноватых.
Вывод третий
Потенциальная линия будущего раскола — приглашенные «извне» министры будущего кабинета (силовики и Латушко) и офис Тихановской, который при ней, как лидере нового кабинета, все еще останется. Первые будут говорить, что Франак и остальные все еще саботируют их успех из-за спины Светланы, а вторые скажут: «Ну что, кабинетчики, полгода-год прошли, вы ни с чем не справились, мы же говорили».
Вот последняя нотка про то, что «не только Тихановской, а вам потом нести ответственность за итоги работы» сегодня несколько раз звучала из уст представителей Офиса. Порой казалось, что для них все это упражнение с кабинетом — попытка дать критикам возможность попробовать себя в деле и облажаться так, чтобы нельзя было пенять на «узурпатора» Светлану.
Не знаю, сработает ли. Многое зависит от процедуры принятия решений и кадрового состава кабинета, а именно — будет ли там большинство у ее лоялистов и сможет ли кабинет преодолевать ее вето своим квалифицированным большинством. Но с Вероникой Цепкало эта тактика — дать показать себя — сработала на ура.
Кроме того, что она продолжила дело мужа с потоком личных обид на всех остальных и открытым сепаратизмом (неважно, что вы тут решите, у нас своя структура и у нее через три дня пресс-конференция), Вероника продемонстрировала самый надежный способ политического суицида.
Ничем не заменимый кислород для политиков в изгнании — их присутствие в инфополе. В такой ситуации разругаться со всеми журналистами одним махом — это редкая способность. После предложения создать комитет по контролю за независимыми СМИ, которые мало пишут про чету Цепкало, и требовать у доноров не давать им денег, я удивлюсь, если о них будут писать вообще, кроме как для легких кликов на скандале.
Вывод четвертый
Для меня проблема всего этого движа не в том, хорош или плох дизайн новой конфигурации демсил. Сам процесс пока что выглядит конструктивным и неплохо организованным. Проблема в том, что любое из возможных решений будет принято внутри пузыря для нужд самого пузыря.
В 2020 году приходилось спешно кроить штаб для дезориентированной армии протестующих. Не вышло, движение регулярно обезглавливали, а остающиеся переоценили выносливость протеста и недооценили потенциал репрессий. Но не сказать, что попытка была обречена.
Сейчас же демсилы пробуют создать эффективный и инклюзивный генштаб без «армии» и без ресурса ее мобилизовать. Полагаясь лишь на трепетное ожидание, что она появится, как только Украина победит, а режим вдруг начнет сыпаться. И у меня пока не возникло ощущения, что потенциальных солдат этой армии внутри Беларуси кто-то о чем-то спросил.
Добро пожаловать в реальность!