Политика

Пашкевич: «Власть в Беларуси имеет идеологию дворовой шпаны»

Идеология — это когда есть некое видение «светлого будущего», что мы в итоге хотим получить. У Лукашенко здесь никакого нет видения. Разгромили оппонентов, всех посадили — и что дальше?

Политика ex-press.by
0

Историк Александр Пашкевич в интервью журналисту Радио Свобода Виталию Цыганкову отвечает на вопрос, почему Лукашенко по-белорусски прославляет ВКЛ, объясняет, почему власть так и не создала никакой собственной идеологии, и пытается выбрать правильное слово для исторической характеристики сегодняшнего минского режима.

— Беларусь — пожалуй, единственное государство в мире, где выступление ее руководителя на государственном языке становится определенным событием и вызывает комментарии и вопросы. Ведь Лукашенко делает это очень редко, иногда раз в год. По-вашему, стоит ли задаваться вопросом, почему Лукашенко в этом месяце уже второй раз выступал частично по-белорусски, кому этот сигнал и какой?

— Я думаю, это рассчитано не на внутреннюю аудиторию, так как за два года репрессий исчезла та аудитория, которая могла бы это «оценить». Все те, для кого белорусский язык имеет важное значение (которые, возможно, до августа 2020 года имели надежды, что власть может изменить отношение к языку, что возможна какая-то белорусизация), сейчас никаких иллюзий не имеют. Да и сам Лукашенко не склонен давать какие-то послабления своим внутренним оппонентам.

Поэтому это рассчитано не на внутреннюю, а на зарубежную аудиторию. Хотя, я думаю, эти несколько минут на белорусском языке не находят уже никакого отклика ни на Западе, ни на востоке. Важные действия, а эти ритуальные шаги уже не имеют никакого значения.

- Определенный отзыв был. Когда Лукашенко 2 июля заявил, что ВКЛ — это первое белорусское государство, то известный российский шовинист Гиркин-Стрелков в своем довольно популярном телеграм-канале написал, что «отца снова потянуло в литвинство» и напомнил, что ВКЛ веками воевало именно с Москвой.

— Лукашенко вынужден крутиться как уж на сковороде, и он находится в такой ситуации, когда, что бы ни делал, всем угодить не может. Я думаю, пассажи о Великом Княжестве Литовском были сделаны, чтобы показать фигу и внутренним оппонентам, и гражданам современной Литовской Республики, сразиться с ними на историческом поле.

В январе было совещание об исторической памяти, и там Лукашенко очень резко критиковал Речь Посполитую, но очень позитивно высказывался о ВКЛ. Я не думаю, что он воспринимает ВКЛ так, как наше национально-демократическое сообщество. Надо сказать, что ВКЛ воспринимали позитивно и «западнорусы» — как государство, где господствовала славянская культура и «русский» язык — поэтому это можно повернуть и интерпретировать как угодно.

— Действительно, власть нередко использовала историю исключительно как возможность бороться со своими политическими оппонентами. Это единственная цель?

— Частично да, ведь у этого режима есть явная проблема с собственной идеологией, с определением своего «особого» пути. И когда после августа 2020 года возникла проблема легитимности, проблема подавления общества, фактически войны против собственного народа — появилась необходимость демонизировать оппонентов. И на государственных ресурсах начали говорить о нацистах, фашистах, нацистской символике. Одновременно изображался образ власти как последнего бастиона перед наступлением фашистской идеологии.

Не думаю, что это на кого-то реально воздействует, даже сторонники Лукашенко любят его не за то, что он «борется с фашистами». Но другого у них нет. Лукашенко довольно прагматичный человек в этом плане, идейные моменты его никогда не трогали, история и идеология для него — исключительно инструмент.

- Почему за все эти годы режиму так и не удалось создать свою идеологию? Ведь все диктаторские власти, от левых до правых, имели свою идеологию: от социализма Кастро на Кубе или опоры на собственные силы, «чучхе» в Северной Корее — до консервативных и религиозных ценностей латиноамериканских диктаторов или Франко в Испании.

- Для Лукашенко единственной ценностью является власть, а не какие-то идеи. Чтобы создать некую сплоченную идеологию, нужно, чтобы часть населения и интеллигенция, творческие кадры это поддержали. Чтобы была идея, в которую люди бы поверили, хотя бы часть. Как, например, в России, где значительная часть верит в имперские нарративы, в идею «великой России».

В таких неимперских кранах, как Беларусь, как правило, такую роль обычно играет национальная идея. Ложится в основу история, культура, язык. Но Лукашенко пришел к власти с советским багажом, с идеями восстановления СССР, с лозунгами, что белорусское общество не готово к независимости. Известно, в каком тяжелом печальном состоянии находился белорусский язык, который не являлся ценностью для большинства.

Лукашенко опирался на Россию и советские ценности. Творческие люди, которые могли создавать национальную идею, оказались в оппозиции. Тем временем советская идеология постепенно теряла свою актуальность, и назначенные идеологи не могли придумать ничего существенно нового и интересного. Одновременно та альтернативная идеология, которую Лукашенко долго душил, росла и усиливалась, и стала серьезным вызовом для власти. Пришлось душить ее полицейским образом.

- Сейчас наблюдается уклон в шовинистический российский нарратив, задают тон самые упорные пророссийские пропагандисты вроде Азаренка и Гигина. Это просто необходимая дань Кремлю как главному спонсору минского режима или искренние взгляды этих пророссийских пропагандистов?

— Здесь все в комплексе. С одной стороны, знаки Кремлю. Естественно, приходится давать возможность развернуться тем, у кого есть хоть какой-то огонь в глазах, иначе совсем не было бы на кого опереться. Известно, что раньше Лукашенко опасался давать слишком много воли этим пророссийским кадрам, которые толкают такую идеологию, но сейчас у него не из чего выбирать. Либо эти, либо никакие. Сейчас у него свободы маневра нет.

— Как в идеологическом плане может развиваться репрессивный режим? Под каким флагом будет предлагаться проводить репрессии, хватать граждан за комментарии или за участие в митингах в 2020 году?

— «Борьба с нацизмом» — это у них главная тема. «Губопики» в своих роликах заявляют, что проводят денацификацию, особенно ищут запрещенную символику, какие-то исторические книги. Здесь и тема с геноцидом белорусского народа во время Второй мировой. Ясно, что все это натянуто, извращено — но использовать это они будут.

— Когда будущие историки будут давать название нынешней белорусской властной системе, какое слово они выберут? Если брать различные описанные в литературе определения и признаки фашизма, то в Беларуси можно найти большинство из них. Раньше белорусский режим называли авторитарным, но последние два года он явно приобретает и определенные тоталитарные черты.

—  На этот счет продолжаются споры. Известный историк и исследователь Тимоти Снайдер заявил в соответствующей статье, что в России режим надо называть фашистским. Ему возражают, и довольно аргументировано, говоря, что фашизм — это прежде всего идеология.

А в Беларуси, получается, фашизм без идеологии. Я бы сказал, в Беларуси и России идеология дворовой шпаны. «Иногда не до законов», можно бросить вызов всем процедурам международного права. Культ силы, мы, мол, делаем, что хотим, и никто нам не указ.

Идеология — это когда есть некое видение «светлого будущего», что мы в итоге хотим получить. У Лукашенко здесь никакого нет видения. Разгромили оппонентов, всех посадили — и что дальше?

Подпишитесь на канал ex-press.live в Telegram и будьте в курсе самых актуальных событий Борисова, Жодино, страны и мира.
Добро пожаловать в реальность!
Темы:
Лукашенко
идеология
Если вы заметили ошибку в тексте новости, пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ
Общество
В связи с ремонтными работами на станции Борисов изменится график движения поездов
Политика
«Москве нужно топливо». Эксперт – о росте поставок с беларусских НПЗ в Россию
В мире
Александр Фридман: Китай застыл на полдороге и наблюдает: выгодно и прекращение войны, и противостояние Запада с Востоком
Общество
В РБ приехала племянница Путина — за автомобилями для покалеченных солдат РФ
В мире
У Шмидта есть «тайная девушка», которая могла быть его контактом с КГБ
В мире
В Литве заявили о высокой угрозе поджогов в торговых центрах, подозревают причастность российских спецслужб
Общество
«Узнали о беременности жены и купили билеты»: белорус две недели жил на мосту в Мексике, чтобы попасть в США
Общество
Беглый судья Шмидт пришел с пропагандистами и людьми в штатском в польское посольство и преследовал дипломата
Общество
В Минске скоро откроется еще один крупный торговый центр. Правда, всего с двумя магазинами
В мире
Польша начала строительство электронного барьера еще на двух реках на границе с Беларусью
ВСЕ НОВОСТИ
ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ
Общество
В связи с ремонтными работами на станции Борисов изменится график движения поездов
Политика
«Москве нужно топливо». Эксперт – о росте поставок с беларусских НПЗ в Россию
В мире
Александр Фридман: Китай застыл на полдороге и наблюдает: выгодно и прекращение войны, и противостояние Запада с Востоком
Общество
В РБ приехала племянница Путина — за автомобилями для покалеченных солдат РФ
В мире
У Шмидта есть «тайная девушка», которая могла быть его контактом с КГБ
В мире
В Литве заявили о высокой угрозе поджогов в торговых центрах, подозревают причастность российских спецслужб
Общество
«Узнали о беременности жены и купили билеты»: белорус две недели жил на мосту в Мексике, чтобы попасть в США
Общество
Беглый судья Шмидт пришел с пропагандистами и людьми в штатском в польское посольство и преследовал дипломата
Общество
В Минске скоро откроется еще один крупный торговый центр. Правда, всего с двумя магазинами
В мире
Польша начала строительство электронного барьера еще на двух реках на границе с Беларусью
ВСЕ НОВОСТИ