В тексте новой предложенной конституции меня с политологической точки зрения удивила лишь одна вещь: то, что ВНСу не придали право менять любые разделы конституции без проведения референдума. Вместо этого, ВНС может "лишь" предлагать конституционные правки, но по ряду разделов все же потребуется номинальный рефендум, пишет политолог Андрей Елисеев.
Для меня неясен рациональный компонент этого недовершенного действия – разве что стремление периодическими электоральными (в том числе "референдными") кампаниями поддерживать "в тонусе" вертикаль власти. Потому как именно вертикаль власти (райисполкомы, горисполкомы, облисполкомы под прямым управлением президентской администрации), при активном содействии спецслужб, контролируют весь избирательный процесс (а не ЦИК).
Практически все прочие изменения, включая важнейшие, связанные с преобразованием ВНС в конституционный орган с широкими полномочиями, легко прогнозировались. Даже название этого органа (Президиум ВНС) было несложно подгадать еще в 2020-м (ссылка на один из постов конца 2020 года на эту тему – в комментарии), потому что советские практики и ментальность оставляли составителям конституции лишь пару напыщенных вариантов названий.
Несмотря на новую роль ВНС, всерьез о каком-то "двоевластии" говорить не приходится по той простой причине, что посты президента, главы Президиума ВНС и главы Совбеза сохраняет одно и то же лицо.
Причем поступаться этой моделью "три в одном", в положительном для себя сценарии, Лукашенко не намерен как минимум до 2035 года (2025 + два новых срока, после обнуления существующих).
Я по-прежнему считаю, что Лукашенко нацелен именно на династический вариант передачи власти. То есть условно на таджикистанско-азербайджанскую (а не казахстанскую, про которую часто ошибочно говорили) модель транзита. Трюк с увеличением возрастного ценза для президентства до 40 лет в случае положительного исторического расклада для Лукашенко может быть переигран в любой момент до 2035 года.
Другое дело, что стремительные события даже не только в Беларуси, а на всем постсоветском пространстве, этот самый положительный расклад не гарантируют. В случае негативного сценария Лукашенко придется задействовать номинального преемника (или, скорее, регента – этого человека вряд ли можно будет назвать полноценным преемником), стремясь сохранить при этом реальные бразды власти через Президиум ВНС. Миссия ВНС будет заключаться в блокировании попыток "преемника" назначать на ключевые посты неугодных Лукашенко лиц.
На сей момент в качестве самых потенциальных "преемников" на посту президента при гипотетическом негативном (для Лукашенко) сценарии по-прежнему смотрятся Андрейченко и Кочанова. Кроме этого, стоит обратить внимание на персону Турчина по той простой причине, что его единственного из семерых глав среднего звена "вертикали власти" (глав облисполкомов и Минского горисполкома) за последние полтора года не заменил Лукашенко.
Добро пожаловать в реальность!