В проекте резолюции по Беларуси Европарламент предложил «отозвать своих послов из Минска для консультаций и отказать белорусским дипломатам в аккредитации при ЕС».
«Филин» спросил у старшего аналитика Центра новых идей, бывшего временного поверенного в делах Беларуси в Швейцарии Павла Мацукевича, насколько реален такой сценарий. И какими могут быть последствия?
— Все это, конечно, реально и вполне возможно. Есть такая практика отзыва послов. Можно вообще понизить уровень дипломатического присутствия до уровня временного поверенного.
Вопрос в том, кому от этого станет легче и каких можно достигнуть целей? Не думаю, что белорусский режим каким-то образом беспокоит отъезд европейских послов. Более того, власти на протяжении последних месяцев делали как раз-таки все возможное, чтобы с белорусской земли исчезло все так или иначе связанное с западными странами: фонды, организации, вплоть до самого невинного института Гете и куда более серьезного фонда Аденауэра.
Любая причастность к связям с западными фондами служила и служит основанием для ликвидации той или иной структуры. Поэтому такое решение, как отъезд послов или понижение дипприсутствия, вписывается в канву действий режима.
Нужно понимать, что властям совершенно все равно, уедут дипломаты или останутся. Это для страны, для Беларуси важно, чтобы здесь были зарубежные послы, чтобы был хоть кто-то, кто своими глазами мог бы видеть и транслировать все то, что происходит в стране.
Как и Беларуси нужны дипломаты там. Объясню почему, все достаточно элементарно. Наши дипломаты за рубежом ежеминутно и ежечасно не являются адвокатами Лукашенко. Они вообще этим занимаются только тогда, когда заставляет МИД. Только тогда дипломаты вынуждены строить хорошую мину при плохой игре.
В своей повседневной жизни, 7 часов 59 минут из 8 часов рабочего дня, белорусский дипломат занимается именно продвижением интересов страны. От вопросов гражданства, консульской помощи до изучения рынка и информирования отечественных предприятий о тендерах. Каким бы маленьким ни было то пятнышко возможностей, белорусский дипломат пытается в любой ситуации, даже самой негативной, склеить разбитый сосуд сотрудничества.
В конечном итоге страдают люди, это я могу сказать совершенно точно.
Другой момент: есть пример Северной Кореи. Даже там находится два или три десятка зарубежных посольств, среди которых есть и западноевропейские страны. Конечно, они не могут сильно повлиять на ситуацию или что-то изменить, но в их нахождении есть и большой символизм. Потому что пока там есть дипломаты, сохраняется возможность урегулирования кризиса дипломатическим путем.
Вернемся к нашей истории. Запад имеет право отозвать дипломатов, это тоже своего рода тактика. Значит (на что они уповают, какие инструменты остаются?) — санкционное давление.
— Если режиму абсолютно все равно, то есть ли смысл пытаться «склеить разбитый сосуд сотрудничества»?
— Конечно. Главная угроза, на мой взгляд, сейчас состоит в том, что между Лукашенко и Беларусью ставится знак равно. Страна начинает устойчиво ассоциироваться с режимом. А это не так. Наша экономика очень уязвима от любых ограничений — что бы там ни говорили, мы экспортная страна. Любые санкции очень для нас чувствительны.
Мы можем не ощущать этого сегодня, но почувствуем завтра. Однако это никак не связано с уязвимостью режима.
И, к сожалению, уже сейчас западный цивилизованный бизнес, который более-менее себя уважает, просто-напросто не хочет иметь с Беларусью вообще никаких связей. Даже в тех сферах, которых санкции не касаются.
Посмотрим реакцию соседей на миграционный кризис: Польша, Литва и Латвия объявили о строительстве стены на границе с Беларусью. Это сотни километров, а в совокупности, наверное, больше тысячи. Спрашивается: вы от кого отгораживаетесь? Миграционный конфликт уйдет вместе с Лукашенко, а стена останется.
Подводя итог, в случае с нашей страной, увы, не режим будет крайним. По всей логике он как раз и ведет все к тому, чтобы убрать из Беларуси все, что так или иначе связано с Западом.
Добро пожаловать в реальность!