Экспорт в Афганистан по непубликуемым позициям за январь-июнь 2021 года составил 113,3 млн $ (99,6% от всех поставок в страну, по открытым позициям поставили только оптоволоконные кабели, детали автомобилей, лекарства и др менее значимые позиции, общей суммой всего около 400 тыс $). У меня нет точной информации чем именно обусловлен этот экспорт - сигареты, авиатехника, вооружения или драгметаллы/камни, пишет военный эксперт Егор Лебедок.
Обычно в такие страны Беларусь продавала старые образцы вооружений и боеприпасов. Но сейчас это сомнительно. Цена БТР или танка различных версий, имеющихся у нас, в диапазоне от 400 тысяч до 1,2 млн долларов. Поставлять более 100 танков или БТР за полгода, и еще больше за прошлый год - это слишком много и было бы заметно. При продаже оружия редко бывает регулярный объем сумм экспорта по месяцам. Здесь же он есть.
Несмотря на то, что в соглашении о военно-техническом сотрудничестве с Афганистаном первым пунктом идет поставка вооружения и военной техники ВВС/ПВО и факт продажи через нас в Афганистан 4 российских вертолетов в 2019 году, все же сомнительно, хотя и возможно, что каждый месяц в течение 1,5 лет компании Беларуси (пере)продают вертолеты и комплектующие к ним в Афганистан или другую авиатехнику или дорогостоящую технику. Вероятно, заметный объем этого экспорта - продажа сигарет в Афганистан или через него.
Конечно, в условиях европейских санкций Лукашенко будет искать все возможные пути сбыта продукции, поставляемой в Афганистан или через него, даже несмотря на политические последствия таких решений. Потерять около 90 млн $ за предстоящие 5 месяцев в текущих условиях - это существенно, особенно если это действительно продукция ВПК.
У Беларуси и Афганистана есть очевидные перспективы для военного сотрудничества. Даже несмотря на смену власти, в определенных сферах от двух стран можно ожидать новых договоренностей. Беларусь может ремонтировать и модернизировать авиационную технику (а авиаремонтные заводы существенно просели за 2020 год по выручке и их нужно загружать), технику сухопутных войск советского периода, а также готовить военных специалистов в наших учреждениях образования и центрах (что, конечно, может вызвать недовольство бывших «Афганцев», но деньги очень надо).
Само движение Талибан в Беларуси не признано террористической организацией, хотя некоторые его члены, включая лидера Абдула Гани Барадара, воевавшего против советов ранее, включены в перечень физических лиц, причастных к террористической деятельности. Есть резолюция СБ ООН по ограничению финансовых взаимодействий с Талибаном, но кто ж на нее в Беларуси теперь будет смотреть. Тем более, что все такого рода резолюции и признания Талибана террористическим многие или все страны начнут упразднять.
Касательно выхода на талибов, то стоит отметить два направления. Первое - это выход через Россию, которая уже года полтора минимум так или иначе ведет переговоры с талибами. Но у РФ свои интересы могут быть, не совпадающие с таковыми Беларуси. Второе - Катар. Основное международное представительство талибов было как раз в Катаре, с которым у нас давние отношения как по линии инвестиций, так и сотрудничества силовиков. Любопытно, что Катар многие подозревают в фиксировании и организации смены режимов на Ближнем Востоке, но Лукашенко с ним сотрудничает.
Участие Беларуси в рамках ОДКБ в возможном конфликте в Таджикистане мне представляется сомнительным:
1. Там база РФ и ее силами на первое время планируется решать возможные проблемы на границе;
2. Вряд ли в ближайший год будет серьезный конфликт между Таджикистаном и Афганистаном, разве что наплыв беженцев, а распределение потоков наркотиков на Запад Россия «урегулирует» с талибами;
3. Отправка в горячий конфликт наших солдат для Лукашенко весьма сомнительная затея - первые трупы оттуда вполне могут перевесить финансовые плюшки от России для удержания власти;
4. В сентябре председательство в ОДКБ переходит к Армении и, учитывая ее проблемы с данной организацией и конфликт с Азербайджаном, не известно что еще станет с ОДКБ за полгода-год.
Добро пожаловать в реальность!