2016 год в отношениях Минска и Москвы: тревожная перспектива

Прежний подход, когда проблемы каким-то образом утрясались во время переговоров первых лиц, уже не срабатывает.

Уходящий год трудно записать в актив белорусско-российского взаимодействия. И хотя до той степени публичного обострения отношений, которая имела место в 2010-м, дело еще не дошло, тенденции выглядят тревожными.

Венчать события 2016 года на восточном направлении белорусской внешней политики должны были саммиты ЕАЭС и ОДКБ, прошедшие 26 декабря в Санкт-Петербурге. Однако белорусский лидер участия в них не принял, причем без публичного объяснения причин, что косвенно говорит о серьезных расхождениях между Минском и Москвой по многим важным вопросам.

Политика: скользкое союзничество

Ранее одно из острых противоречий заключалось в том, что Минск воспротивился намерению создать на территории нашей страны российскую военную авиабазу. Поскольку в 2016 году Москва этот вопрос не будировала, можно предположить, что она как минимум отодвинула свой план.

Некоторые эксперты полагают, что у России исчезла острая необходимость размещать базу в силу развития иных средств поражения. Возможно, это действительно так. Однако с трудом верится, что Москва при этом забыла продемонстрированную союзником неуступчивость.

Как, кстати, и его молчаливое сопротивление признанию Крыма российским, и вообще нежелание солидаризироваться с Москвой в ее конфронтации с Украиной.

Безусловно, отдельные шаги в угоду союзнику, вроде голосования в ООН против осуждающей Россию резолюции, белорусский режим делал, но это вряд ли можно назвать настоящей поддержкой.

Если вспомнить, что в свое время белорусские власти не выразили намерения принять активное участие в российской ближневосточной авантюре, не стали ввязываться в антитурецкую кампанию Москвы, то напрашивается вывод, что Кремль вполне может не испытывать глубокой уверенности в лояльности минского союзника. И потому способен принять некие карательные меры. Скажем, неожиданно фактически запретить въезд иностранцев через Беларусь.

Экономика: год войн

Российское недовольство могло найти отражение и в иных сферах взаимодействия. Например, в экономической, где прежние проблемы (в частности связанные с сыростью ЕАЭС) разрешить не удалось. Более того, к ним добавились новые.

Продолжается продовольственная война — не проходит и недели без сообщения о том, что Россельхознадзор зажег красный свет перед очередной партией белорусской мясной, молочной или овощной продукции. Дело дошло до того, что сам Александр Лукашенко обрушился с гневной филиппикой на руководителя этой организации Сергея Данкверта, что, впрочем, заметных перемен не принесло.

В очередной раз возник спор по поводу энергоносителей. Посчитав, что цена газа завышена, белорусское руководство стало оплачивать его в соответствии со своими представлениями. В ответ Россия резко сократила поставки Беларуси нефти.

Несмотря на многочисленные заверения, прозвучавшие и на самом высоком уровне, ситуация остается неурегулированной. Более того, Москва угрожает, что в случае продолжения конфликта поставки нефти в следующем году могут быть урезаны на четверть.

К числу проблем следует также отнести задержку третьего транша кредита Евразийского фонда стабилизации и развития, средства которого де-факто контролирует Россия.

Новый фронт: идеологический

Наконец, явственно обозначилось противостояние еще по одной линии — идеологической. Согласно результатам исследования EAST Center, с осени российские медиа начали распространять информацию о якобы имеющем место росте шовинистических настроений в Беларуси. Существенно возросло количество публикаций, в которых наша страна выставляется в негативном свете.

В такого рода материалах, как отмечают исследователи, подспудно проводится мысль, что в Беларуси при поддержке Запада поднимают голову фашизм и русофобия и вскоре может произойти государственный переворот. То есть очевидна аналогия с Украиной.

Правда, белорусские власти начали реагировать на подобную информационную агрессию, однако называть эту реакцию последовательной и тем более эффективной пока явно преждевременно.

Перспективы тревожны

При этом, похоже, уже не срабатывает прежний подход, когда проблемы каким-то образом утрясались во время переговоров первых лиц. Во всяком случае, состоявшийся в конце ноября визит Лукашенко в Москву ожидаемых результатов, судя по всему, не принес.

Нынешний кризис отношений, разумеется, не означает, что они испорчены навсегда: в 2010 году острота взаимной критики была несравненно большей, но затем внезапно наступило примирение.

Вместе с тем необходимо иметь в виду, что сегодня Россия находится в значительно худшем политическом и экономическом положении, но при этом ведет себя гораздо более самоуверенно. И не исключено, что из не всегда понятных собственных соображений там может возникнуть желание повторить здесь крымский вариант.

Заявления некоторых аналитиков, что российская сторона целенаправленно готовит своих граждан к возможному конфликту с Беларусью, а потому Минску необходимо готовиться к самому жесткому сценарию, пока для многих не выглядят убедительно. Но развитие событий, к сожалению, делает перспективу все более тревожной.