Постсоветская интеграция. Минск не горит желанием плясать под дудку Кремля

Постимперский синдром в России неприлично затянулся, а потому нельзя исключать с ее стороны попыток хотя бы частично восстановить СССР.

Содружеству Независимых Государств исполнилось 25 лет. Срок, прошедший после подписания Беловежских соглашений 8 декабря 1991 года, вполне достаточен, чтобы сделать выводы о ситуации, сложившейся в организации, а также высказать прогнозы относительно перспектив ее развития.

По случаю юбилея СНГ Александр Лукашенко направил поздравительные телеграммы лидерам входящих в организацию стран. Надо полагать, в ответных поздравлениях недостатка тоже не было.

В таких посланиях традиционно утверждается, что Содружество сформировалось как современное региональное сообщество, и выражается уверенность, что впереди его ждут еще более замечательные успехи. Но этот оптимизм выглядит ритуальным.

Разные судьбы постсоветских стран

Четверть века назад распался Советский Союз, и пятнадцать составлявших его республик отправились в самостоятельное плавание. При этом Латвия, Литва и Эстония решительно взяли курс на евроатлантические структуры, остальные же не рискнули полностью разорвать прежние связи и создали некое подобие конфедерации.

Сегодня уже ясно видно, кто оказался в выигрыше как в экономической, так и в политической сфере. Согласно данным Всемирного банка, в прошлом году валовой внутренний продукт на душу населения по паритету покупательной способности у балтийцев находился в диапазоне от 24 286 (Латвия) до 28 095 (Эстония) долларов. В то же время у лидера в СНГ России этот показатель составил 24 451, за ней шли Азербайджан (17 740) и Беларусь (17 661), а замыкал список Таджикистан с 2780 долларов.

Столь же очевидно превосходство стран Балтии и по уровню развития демократии. Среди остальных несколько выделяются Грузия, Молдова, Украина и Кыргызстан. Прочие же можно охарактеризовать как находящиеся в той или иной стадии авторитаризма, причем чаще с тенденцией к его ужесточению.

Эти результаты подводят к мысли, что путь, избранный балтийскими государствами, оказался более верным. Однако наверняка есть категория лиц, которые категорически не согласятся с подобным утверждением.

Например, можно быть уверенным, что политические элиты постсоветских стран, пошедших по авторитарному пути, абсолютно не готовы признать ошибочность своего выбора. В этих государствах выстроены такие политические системы, которые в целом полностью устраивают верхушку. Главным образом, тем, что обеспечивают сохранение приватизированной на каком-то этапе власти.

А поскольку именно эти люди определяют дальнейший курс своих государств, то рассчитывать на его радикальную смену оснований нет.

Имперские замашки у Москвы не исчезли

При этом среди представителей авторитарных постсоветских режимов распространено мнение, что распад СССР был крупнейшей геополитической катастрофой ХХ века.

К слову, крайне любопытно, в какой степени те руководители, которые публично выражают сожаления по этому поводу, осознают, что в противном случае у них не было практически никаких шансов занять свои сегодняшние посты.

В постсоветской же интеграции ведущую роль играет Россия. В недавно утвержденной новой редакции концепции ее внешней политики прямо говорится о развитии «ключевых» интеграционных проектов, подчеркивается необходимость стратегического взаимодействия с Беларусью и расширения интеграции в рамках Евразийского экономического союза.

Кроме того, поскольку в следующем году Россия будет председательствовать в СНГ, ею уже подготовлен обширный план мероприятий, включающий более полусотни пунктов.

Все это свидетельствует о готовности Кремля в условиях продолжающейся конфронтации с Западом уделять повышенное внимание постсоветскому пространству.

Правда, в аналогичных намерениях и прежде недостатка не было, вот только заметных успехов не наблюдается. Хотя, казалось бы, в условиях практически неограниченной власти ничто не должно было препятствовать лидерам, энергично ратующим за реинтеграцию постсоветского пространства, перейти от слов к делу. К тому же у них была возможность устранить те негативные факторы, которые в конечном счете и привели Советский Союз к незавидному финалу.

За четверть века после распада СССР был сформирован целый ряд интеграционных структур. Взять, к примеру, считающееся самым продвинутым в этом плане Союзное государство Беларуси и России. Несмотря на всю пафосную риторику, дела в нем обстоят далеко не так, как, наверное, мечталось его создателям.

Свежие примеры — выпады Лукашенко против руководителя Россельхознадзора Сергея Данкверта за его претензии к белорусскому продовольствию, а также неожиданно решительные действия белорусских правоохранительных органов по пресечению деятельности нескольких активных пропагандистов идеи «русского мира». Да и в целом отношения между Минском и Кремлем ныне весьма напряжены.

Уж если в Союзном государстве раз за разом происходят такие эксцессы, то крайне сомнительно, что декларируемая интеграция наберет когда-нибудь ход, например, в рамках ЕАЭС, который в последнее время тоже серьезно критикуется белорусским руководителем.

В частности, на совещании 9 декабря Лукашенко потребовал обеспечить соблюдение национальных интересов Беларуси при принятии Таможенного кодекса ЕАЭС, чем дал понять (прежде всего Кремлю), что не готов автоматически подписать документ.

Но даже на таком фоне ожидать формального конца самой аморфной из постсоветских интеграционных структур — СНГ не стоит до тех пор, пока по большей части не сменится поколение советских людей.

К сожалению, постимперский синдром в России неприлично затянулся, а потому нельзя исключать с ее стороны попыток хотя бы частично восстановить СССР (или, скорее, Российскую империю) силовым путем. В этом случае наша страна окажется в наибольшей опасности.