Один Виганд весны не делает

На прошлой неделе Минск посетил директор департамента Европейской службы внешнего действия ЕС по вопросам России, Восточного партнерства, Центральной Азии, регионального сотрудничества и ОБСЕ Гуннар Виганд. Он встретился с представителями власти, в том числе с министром иностранных дел Беларуси Сергеем Мартыновым. Означает ли это, что в отношениях официального Минска и объединенной Европы наметился некий прогресс?

Сам по себе факт сторон еще не свидетельствует о наличии каких-то сдвигов, поскольку прийти к согласию может и не получиться, и тогда в лучшем случае все останется на своих местах. Однако определенные надежды на улучшение при этом, как правило, возникают.

Понятно, что визиты на таком уровне, тем более в нынешних обстоятельствах, осуществляются не спонтанно, а являются следствием кулуарных переговоров. В данном случае весьма важен ответ на вопрос, кто стал их инициатором, поскольку это он вносит некие новые предложения и тем самым оказывается в не самом выгодном положении просителя. К сожалению, информации на сей счет не имеется, поэтому остается исходить из общих соображений. Конкретнее, попытаться определить, кому это больше нужно.

Хотя в целом существующая ситуация (разумеется, по принципиально разным причинам) не устраивает как Евросоюз, так и белорусские власти, на первый взгляд, серьезных резонов к возобновлению диалога ни у кого из них пока не появилось. У европейцев, например, не просматривается ни политических, ни экономических мотивов для изменения своей достаточно жесткой позиции. Особенно если принять во внимание наличие у них с избытком собственных проблем.

Казалось бы, еще меньше оснований для корректировки внутренней политики и у белорусского руководства, ведь по сравнению с 2010 годом итогам товарооборот с ЕС в прошлом году увеличился на 62,2%. При этом положительное сальдо составило 7 миллиардов долларов. А с учетом предоставления Россией широких энергетических преференций оно вообще должно было бы чувствовать себя кумом королю…

Тем не менее, как представляется, шевеление началось все же именно с подачи Минска. Одним из толчков к такому шагу могли послужить значительно участившиеся в последнее время высказывания российских официальных лиц о целесообразности введения здесь в качестве платежного средства российского рубля. Причем можно предположить, что нам видна только верхушка айсберга, под ковром же давление оказывается гораздо более сильное.

К тому же у Москвы наверняка есть и другие желания и, главное, средства для их осуществления, поскольку белорусский режим фактически остался с «союзником» один на один. Это и побуждает его к зондированию почвы на европейском направлении.

В пользу подобной гипотезы свидетельствует сообщение Гуннара Виганда о грядущем освобождении одного или нескольких политзаключенных. Дипломат такого ранга вряд ли позволил бы себе разглашать столь важные сведения без санкции противоположной стороны, особенно в свете прошлогодней истории с главой болгарского МИД.

Даже если это достижение окажется единственным, приезд европейского посланника можно будет считать успешным. В то же время питать иллюзии по поводу скорой нормализации отношений едва ли стоит. В силу упомянутых обстоятельств этот процесс легким никак не станет.