«КГБ работает на уровне организованной группы спального района»

Довелось мне недавно быть слушателем замечательного интервью русской службы «Радио Свобода» с известным советским диссидентом Владимиром Буковским под названием «Поколение Фэйсбука против КГБ». Рекомендую послушать каждому в качестве мини-инструкций на случай попыток вербовки.

Я абсолютно согласен с Буковским, что профессионализм КГБ как спецслужбы со времен СССР очень сильно упал. Не берусь рассуждать в деталях, какой он был раньше, но на сегодняшний день эта структура работает на уровне организованной группы спального района. В отличие от России, где Федеральная служба безопасности неподотчетна, по сути, вообще никому, контроль над белорусским КГБ центральная власть всё же сохранила. Направляющая и контролирующая роль партии, которую в советские времена исполнял Центральный Комитет, в Беларуси возложена Александром Лукашенко на администрацию президента. Не удивительно, что этот орган сегодня находится в здании бывшего ЦК компартии. И если, как говорит Буковский, в России ФСБ, чувствуя свою бесконтрольность, начала в порядке вещей убивать людей, то в Беларуси оппозиционера, как и раньше, легче посадить, чем физически ликвидировать.

Я полностью разделяю суждение Буковского, что с сотрудниками КГБ невозможно договориться. Любые уступки или проявление цивилизованности они воспринимают как слабость. Их задача – завербовать, и они вербуют. Можно быть или врагом КГБ, или агентом – третьего пути не существует. Поэтому я горячо приветствую ту принципиальную решительность, с которой молодые активисты, подвергшиеся в последнее время усиленному давлению и попыткам вербовки, отправляют сотрудников госбезопасности в долгое и веселое путешествие. Трудно не заметить, особенно будучи частым клиентом такси и маршруток, как сообщество воров и «вертухаев» на всё постсоветское пространство распространило блатную философию ГУЛАГа. Но вот того, что «воровской контроль» в тюрьмах, игравший в советское время роль «сдержек и противовесов», к началу 21 века успел испариться, поняли пока не все. Особенно этот контроль ослаб в тюрьмах Беларуси, в чём мне пришлось убедиться на собственном примере. Если бы воровское сообщество становилось на защиту политзаключённых, сидящих за «общее дело», как это было в советский период, то такого беспредела, который происходит с Дмитрием Дашкевичем и Андреем Санниковым, конечно же, никто тюремной администрации совершать не позволил бы. Но поскольку в Беларуси воровское сообщество было поставлено властями под контроль через отстрел его «руководителей», а в России – с помощью денег, то в результате на сегодняшний день нет смысла искать объективности и справедливости со стороны криминального мира.

Тем не менее, уважаемый читатель, место и роль КГБ в недалеком будущем преувеличивать не стоит. Интеллектуального потенциала этой организации не хватает даже для того, чтобы научиться элементарному пиару и позитивному рекламному продвижению своего «бренда». Не следует преувеличивать и опасности «фальшивых движений» и подконтрольной КГБ агентуры. Все эти достижения комитета, «нажитые непосильным трудом», в ключевые моменты истории перестают иметь хоть какое-то маломальское значение по причине радикализации протестного движения. А когда радикализируются массы, то даже завербованные руководители движений, чтобы не потерять социальную поддержку, также вынуждены радикализироваться.

В критический момент белорусской истории мы ёще увидим в Беларуси новых разумных смелых лидеров, способных повести страну за собой, людей, подобных Ирине Богдановой, сестре Андрея Санникова, которая спокойно работала доктором, а после посадки брата включилась в активную политическую борьбу.