Лев Марголин: Пока есть политзаключенные, кредита МВФ не будет

Имеет ли шансы Беларусь получить кредиты МВФ? Какие изменения должны произойти для этого в белорусском экономике? Действительно ли в решениях МВФ относительно Беларуси экономические вопросы сочетаются с политическими мотивами?

На эти и другие вопросы корреспондента Радыё Свабода Виталия Цыганкова отвечают экономист Леонид Злотников и заместитель председателя ОГП, экономист Лев Марголин.
 
Представительная белорусский делегация направилась в Вашингтон, где проходит ежегодная сессия Международного валютного фонда и Всемирного банка. Какие, по вашему мнению, сейчас шансы у белорусских властей получить кредит МВФ? Насколько сегодняшние действия официального Минска в экономике соответствуют тем требованиям, которые выдвигает МВФ?

Марголин: Если ситуация прижимает белорусские власти, то они начинают что-то делать. Что делать - кажется, они довольно хорошо знают. Снова идут разговоры о Банке развития, который надо основать. Идет работа по выходу на единый курс, делаются другие шаги.
 
Другое дело - как быстро это все делается. Ведь задача единого курса ставилась МВФ, если не ошибаюсь, еще весной. Думаю, пока эта задача не будет решена, переговоры не будут продвигаться. Разрешение других задач будет во многом зависеть от того, как сложатся перспективы с российскими и китайскими кредитами.

 Как вы оцените политический аспект работы МВФ? Может ли Фонд выдать кредит Беларуси, руководствуясь прежде всего политическими причинами? В свое время такое уже произошло, и Лукашенко много говорил в 2010 году, что в трудную минуту именно «американцы нас поддержали», проголосовав за выделение кредита ...

Марголин: Мне кажется, что тот случай скорее был исключением. Ведь МВФ не сталкивался раньше с такими случаями, когда страна что-то пообещала и не выполнила. Может ли сейчас МВФ руководствоваться политическими мотивами? Я думаю, нет. Напротив, политические обстоятельства могут помешать выдаче кредита Беларуси. Напомню, что МВФ руководит Совет, куда входят представители отдельных стран, которые руководствуются политическими подходами своих стран.
 
Готовы ли белорусские экономические власти к тем переменам, которые обычно требует МВФ?

 Злотников: Экономический блок правительства, как мне кажется, готовы проводить такие реформы, но они ждут «отмашки» из Администрации президента. В правительстве есть люди, которые способны такие реформы проводить, но вопрос в том, хочет ли этого президент. Не только он, но его окружение и различные заинтересованные группировки.

Сейчас в экономике очень сложная ситуация, очень нужны деньги, и в такое время обычно начинаются разговоры о экономических реформах.
 
Но МВФ не первый раз встречается с тем, что обещания не выполняются. МВФ может выдавать кредиты не только по экономическим обоснованием, но и политических. Недавно сайт «Викиликс» опубликовал материалы, из которых следует, что последний транш кредита МВФ Беларуси не был запланирован заранее. МВФ дал эти полмиллиарда, так как были переговоры белорусского руководства с американцами, и белорусы убеждали, что не могут терпеть давление России, и поэтому нужно помочь. Так что есть и политическое влияние.

Сейчас трудно ответить, дадут ли новый кредит. На данный момент, как я полагаю, шансы довольно малы. Сейчас только начнется начало переговоров о программе и обещания, и так далее.

Господин Марголин, пока в Беларуси есть политзаключенные - может ли Беларусь получить кредит МВФ?

 Марголин: Я думаю, это почти на 100 процентов невозможно. Представители разных стран в МВФ выражают политику своих государств. Я не думаю, что министры финансов Польши или США будут голосовать за выделение кредита Беларуси при наличии политзаключенных.

Поэтому это понимают и белорусские власти, и те освобождения, которые уже состоялись, показывают, что официальный Минск сильно зависит от Запада. Я думаю, что и остальные политзаключенные в течение нескольких недель окажутся на свободе.

Господин Злотников, вам более узкий экономический вопрос. Одно из главных и логических требований МВФ - переход к единому курсу. Действительно ли белорусские власти начали переход к единому курсу?

Злотников: Если бы власти реально хотели иметь единый курс - он давно бы уже был. Если кредит МВФ по настоящему «нарисуется», и если он будет большим, до 8 миллиардов долларов, - то тогда власти могут пойти и на единый курс.

 А что в нем такого страшного? Почему власти не могут выйти на единый курс без принуждения МВФ? Чем он грозит белорусского экономике?
 
Злотников: Государство поддерживает большую часть убыточных предприятий - тем, что они получают валюту по низкому курсу. Во-вторых, существует круг людей, которые научились играть на низком курсе и они заинтересованы в сохранении двух курсов.
 
В-третьих, есть и идеологические основания. Много разговоров было среди провластных экономических ученых несколько лет назад, что курс должен вообще быть на уровне паритетной покупательной способности, в два-три раза ниже. И низкий курс - это тот инструмент, которым «мировая закулиса» грабит бедные страны. Мол, мы не дадимся «пятой колонне», которая толкает нас к зкому курсу.

Господин Марголин, ваш прогноз, каким может быть единый курс? Будет ли он средним между официальным и рыночным, о чем говорят власти?

Марголин: На ??мой взгляд, если установится единый курс, то он будет ближе к 8 тысячам, чем к «официальным» 5 тысячам. Но если заглядывать на более далекую перспективу, то если курс белорусского рубля будет свободным, он будет постепенно опускаться относительно доллара и других валют.